ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Ее на мгновение отвлекло пастбище, по которому неторопливо разгуливали коровы. Они были огромные, сильные, с острыми рогами и ничуть не напоминали мирный домашний скот, который Алисия видела в Англии. Во всяком случае, подходить к ним близко у нее желания не было.

Если Люсьен и заметил ее испуг, то не подал виду. И на том спасибо. Если бы Алисия знала, что ей предстоит, то ни за что не согласилась бы покинуть Сент-Обен.

Но она согласилась. Здесь находится Бертран. Ее сын. Кроме того, в Монмуссо, каким бы грозным и величественным ни казалось это место, когда-то жил Жюль.

6

Едва они вошли в сводчатый вестибюль, как мальчик выбежал им навстречу. Сквозь жалюзи прорывались лучи солнца, отбрасывая зайчики на мраморный пол. Резиновые подошвы заскрипели, и Бертран резко остановился в нескольких метрах от вошедших. Судя по всему, он не ожидал увидеть мать. Во всяком случае, уголки рта у него опустились.

– Мама! – Но при виде Люсьена выражение его лица изменилось. – Дядя Люсьен! – Он улыбнулся, гордясь своим французским произношением. – Я ждал вас.

Алисия ничего не сказала. Неловкое молчание, наступившее после слов мальчика, нарушило появление пожилого дворецкого. Люсьен был уверен, что тот слегка вздремнул и не слышал, как подъехала машина. Слух Бертрана был явно тоньше.

– Месье, – смущенно начал дворецкий, – мальчик…

– Неважно, Пьер, – с улыбкой ответил Люсьен. – Конечно, Бертрану не терпелось поговорить с матерью и извиниться за свое поведение. Верно, Бертран?

Он предупреждающе выгнул бровь, но мальчик, явно обескураженный таким поворотом событий, нахмурился.

– Вы не поняли, – возразил он, дерзко глядя на мать. – Она хотела увезти меня!

– У нас не говорят «она», когда речь идет о матери, – резко прервал Бертрана Люсьен, хотя слова мальчика подтвердили его подозрения. Впрочем, если бы он не приехал в пансион, то легко нашел бы их, наняв частного сыщика. – Как ты здесь очутился?

Бертран вздернул подбородок.

– Разве она вам не говорила? – спросил он, демонстративно не обращая внимания на слова Люсьена. Когда реакции, которой он ждал, не последовало, мальчик угрюмо буркнул: – Меня подвезли.

– Подвезли! – впервые подала голос возмущенная Алисия. – Из Понтуаза?

– Откуда же еще? – Все шло совсем не так, как хотел Бертран.

Люсьен размышлял, что бы он сделал, если бы встретил мальчишку здесь. Наверное, отправил бы его к матери. Только обвинения в похищении ему и не хватает.

– Риккертам было на меня наплевать, – продолжал Бертран. – Они бросили Курта на меня, а сами пошли в бар.

– Неправда! – принялась отчитывать сына Алисия. – Кроме того, тебе нравится Курт. Вы провели вместе весь отпуск.

– Весь отпуск! – передразнил ее Бертран. – Мы прожили здесь только четыре дня! И кто сказал, что мне нравится Курт? Он плакса!

– Однако это не помешало тебе отправиться с ним и его родителями в Понтуаз! – напомнила Алисия, заставив Бертрана скорчить гримасу.

– А ты не догадываешься, почему я это сделал?

– Хватит! – Люсьен решил, что с него достаточно. – Мама задала тебе вопрос. Как ты добрался от Понтуаза до Монмуссо?

– Я уже ответил! – огрызнулся Бертран, и Люсьен понял, что Алисии с этим маленьким тираном приходится несладко. – Меня подвезли!

– Это не ответ, – холодно возразил де Грасси. – Кто тебя подвез? Догадываюсь, что это был незнакомый человек.

Бертран пожал плечами.

– Теперь знакомый. – Тут он встретил взгляд темных глаз Люсьена и понурился. – Ну ладно… Это был человек на телеге. Ну и что? Он немного знал английский, и мы говорили с ним о шансах Англии выиграть чемпионат мира по футболу.

– Ох, Бертран!

Алисия пришла в ужас, и Люсьену инстинктивно захотелось утешить ее. В конце концов, мальчик здесь, целый и невредимый. Как бы Бертран ни рисковал и какого бы наказания ни заслуживал, Алисия не должна осуждать себя.

– Догадываюсь, что Риккерты вернулись и начали хныкать, – ничуть не раскаиваясь, пробормотал Бертран, после чего сменил тактику. – Помнится, ты клялась, что твоей ноги здесь не будет!

– Можешь не сомневаться! – с сердцем ответила пришедшая в себя Алисия. – Ты представляешь себе, как я волновалась?

– Ох, мама! – Бертран сунул руки в карманы шорт и начал шаркать ногами по полу. – Ты должна была догадаться. Иначе зачем ты позвонила… ему?

Он ткнул пальцем в сторону Люсьена, и тому отчаянно захотелось выдрать мальчишку.

– Твоей матери не пришлось никому звонить, – ледяным тоном сказал он. – Мы ездили на ланч и узнали о твоем исчезновении только тогда, когда вернулись в пансион. Риккерты понятия не имели, куда ты пропал.

Почему-то это известие безумно разозлило Бертрана.

– Вы ездили на ланч? – воскликнул он. – А почему никто не сказал мне, что вы увидитесь еще раз?

– Что? – не веря своим ушам, переспросил Люсьен.

– Бертран… – Алисия попыталась вмешаться, но сын не собирался ее слушать.

– Я бы тоже поехал с вами, – объяснил он. – Вчера вы сказали, что хотите еще раз увидеть меня. И рассердились, потому что мама не захотела вас слушать. Держу пари, именно поэтому она отпустила меня с Риккертами. Чтобы выставить меня.

– Бертран! – снова воскликнула Алисия.

Люсьен не мог позволить ей оправдываться в одиночку.

– Не думай, что ты пуп земли, малыш, – сказал он. – Наши дела не имеют к тебе никакого отношения. Ты понял? Мы не обязаны отчитываться перед тобой.

Бертран бросил на него вызывающий взгляд, но счел за благо промолчать. Он подошел к матери, шаркая ногами, и мрачно заявил:

– Я хочу вернуться в пансион.

Алисия лишилась дара речи, и Люсьен снова пришел к ней на выручку.

– Позже, – решительно сказал он. – Мама устала. Ей нужно отдохнуть и подкрепиться. Посидим во внутреннем дворике. Я попрошу Веронику принести нам чаю со льдом.

– Я не люблю чай со льдом, – заявил Бертран и дернул мать за руку. – Поедем. Мне здесь не нравится.

Люсьен понял, что Алисия оказалась меж двух огней. Она явно испытывала облегчение оттого, что миф о добром дядюшке развеялся, но в то же время понимала, что потакать Бертрану не следует.

– Так попросить Веронику подать закуски? – по-французски спросил дворецкий.

Люсьен кивнул.

– Спасибо, Пьер, – сказал он и жестом показал на галерею, которая вела во внутренний дворик. – Прошу, Алисия.

Бертран схватил мать за руку.

– Я не хочу оставаться здесь! – возразил он. – Вызови такси!

– Позже я сам отвезу вас в пансион, – прервал его Люсьен. – Ну что, Алисия?

Та колебалась, но Люсьен не привык, чтобы ему возражали.

– Бертран, не будь таким эгоистом, – сказал он более любезно, чем собирался. – Ты сам захотел приехать сюда. Твоя мать здесь ни при чем. Будет только справедливо, если ты позволишь ей осмотреть место, где родился и вырос твой отец.

Бертран не смотрел на него.

– Пожалуйста, мама, – начал канючить он. – Тут все такое старое и мрачное. Давай поедем домой!

Алисия замешкалась, но, встретившись глазами с Люсьеном, сказала:

– Твой…, дядя прав. Ты сам хотел оказаться здесь. Так что можешь успокоиться. По-твоему не будет.

– Так и знал! – снова разозлился Бертран. – Тебе наплевать на меня!

– Ради Бога! – Терпение Люсьена лопнуло. – Я начинаю сомневаться, что ты де Грасси. Не смей так разговаривать с матерью!

Глаза Бертрана наполнились слезами.

– Ты… ты позволяешь ему… кричать на меня? – дрожащим голосом спросил он.

Люсьен с замиранием сердца ждал ответа Алисии.

– Так где мы сможем выпить чаю? – спросила она, увидев насмешливый взгляд Люсьена. – Я… я с удовольствием выпила бы чего-нибудь холодного.

У Люсьена засосало под ложечкой. Зачем он приглашает Алисию пить чай, если накануне хотел отомстить за боль, которую она причинила его семье… нет, ему самому?

– Иди за мной, – ледяным тоном сказал он и пошел к внутреннему дворику в задней части palais.

11
{"b":"982","o":1}