ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Глава двадцать первая

К концу октября стало ясно, что переизбрание - дело решенное. В экономике наметился подъем, несмотря на запланированные сокращения в оборонной промышленности, в стране царил мир, и демократам просто было не к чему прицепиться. Джон Харли вел себя как идеальный президент, приглашая мировых лидеров в Белый дом на широко освещаемые встречи, читал рассказы детям в школе, ездил смотреть на последствия урагана Тулса и стрельбы в Коламбусе, штат Огайо, выражая сочувствие уцелевшим и семьям жертв. Через несколько дней, когда закончился чемпионат мира по бейсболу, он сфотографировался в Розовом саду с победителями. Жизнь была прекрасна.

И потому у него лишь чуть-чуть шевельнулось беспокойство, когда секретарша во второй вторник октября, за четыре недели до дня выборов, сообщила, что его хочет видеть мистер Кармайкл. Она напомнила, что мистер Кармайкл по-прежнему находится в списке быстрого доступа. Действует ли это положение и будет ли президент с ним разговаривать?

От Гарри президент уже несколько месяцев не получал вестей. С тех пор, как «Геркулес» передали в АНБ и там положили под сукно.

Несколько избранных все же еще трудились в проекте, но под крайне пристальным наблюдением. Эти люди жаловались, что не могут привлечь нужных экспертов, но тем лучше. Президент не мог заставить себя уничтожить все следы, но дал понять, что будет вполне доволен, если о «Геркулесе» никогда ничего не услышит.

Так чего же может хотеть Кармайкл? Харли вспомнил, что так и не дошли руки до обещания насчет поста замминистра. Ладно, посмотрим.

Конечно, существовала возможность неприятностей, утечки чего-то в прессу. Харли более или менее знал насчет отчуждения и презрения, который породил этот инцидент с «Геркулесом» среди сотрудников проекта в Годдарде. А Гарри был для него отличным средством раннего оповещения. Надежным.

- Да, Тери, - ответил он. - Посмотрите, можете ли его всунуть куда-нибудь на завтра. В любом случае поскорее.

- Сэр, есть окошко сегодня. Встреча со шведским фотографом отменилась.

- О'кей, вот туда его и вставьте.

Время было назначено на шестнадцать сорок, десять минут. Как президент поступал и раньше, он распорядился принять Гарри наедине.

Харли опоздал на пару минут из-за разговора с руководителем своей предвыборной кампании, но все было отлично, и он пребывал в особенно хорошем настроении, когда вошел в Овальный кабинет, позвонил Тери и велел впустить Кармайкла.

- Привет, Гарри! - сказал он, встречая посетителя в дверях с протянутой для рукопожатия рукой. - Как жизнь?

- Отлично, мистер президент.

Гарри принял руку президента, и Харли повел его к дивану. Тери закрыла дверь снаружи, и они остались одни.

- Я все хотел поговорить с вами, Гарри. У нас тут скоро открывается вакансия в Таможенной службе… - Еще несколько секунд он развивал эту тему, пока не заметил, что посетителю не до того. Президент замолчал и сел рядом с Кармайклом. - Гарри, в чем дело?

- Сэр, известно ли вам о возможном овладении знаниями по генетике, содержащимися в дисках «Геркулеса»?

- Конечно, разумеется. Одна из причин, почему эта штука так опасна - потому что она так соблазнительна.

- Мистер президент, я бы очень хотел, чтобы мы сделали генетические сегменты информации доступными для исследователей.

Харли покачал головой.

- Гарри, я понимаю ваши чувства. Видит Бог, я их разделяю. Неужто вы думаете, что я не хотел бы помочь серьезно больным людям? Но мы должны учитывать отдаленные последствия. Подумайте, что случится, если люди вдруг начнут жить слишком долго. Вы можете себе представить, что случится с системой социального страхования, если все начнут нормально жить больше ста лет?

- Мистер президент, - ответил Гарри, - идите к черту с вашей системой социального страхования.

Харли стиснул зубы:

- Гарри, я вас не понял?

Гарри посмотрел прямо в глаза президента.

- Извините, что отбираю это из ваших рук, мистер президент. Но я не могу стоять и смотреть, как люди умирают от рассеянного склероза, от лейкемии и от всего прочего, потому что иначе будет слишком напряжена система социального страхования.

- Гарри, вы, кажется, забываете, где находитесь.

- Я совершенно точно знаю, где нахожусь, мистер президент. И мне очень жаль, что до этого дошло, но я не собираюсь прожить остаток жизни, зная, что сидел сложа руки… - Голос Гаррй дрогнул, но он овладел собой. - Завтра состоится пресс-конференция, и материал этот будет оглашен. Провести ее можете вы, заработав благодарность всей страны, или ее проведу я, а люди сами сделают выводы.

Харли посмотрел на него внимательно.

- Гарри, Гаррй! Возьмите себя в руки. Я понимаю, что это колоссальная для вас дилемма. Но все же будьте разумны.

Гарри встал:

- Вы хотите, чтобы заслуга была ваша? Вам предоставляется шанс.

- Гарри, вы говорите о разглашении секретных материалов. Это государственная измена. Предательство!

- Вы правы, мистер президент. Я уже довольно долго думал, что такое предательство. И понял, что сидеть на информации Хаклюта как собака на сене - это значит предать всех, кто в этой стране страдает врожденными дефектами. От этого я уйти не могу и вам тоже не дам.

Харли покачал головой:

- Гарри, я не могу этого допустить.

- Вы не можете этого не допустить.

- Вот это я как раз могу. Я могу вас задержать прямо здесь. Хотя предпочел бы этого не делать.

- Если вы это сделаете, вместо меня выступит другой. Президент подумал, не позвать ли помощника, но решил,

что пока не надо.

- Мы отправили почтой этот сегмент многим разным СМИ. Так что если даже вы узнаете, кто мои сообщники, и изымете их, разницы не будет.

Харли медленно вдохнул и так же медленно выдохнул.

- Под суд вы все равно попадете, Гарри.

- Поступайте, как считаете правильным, - ответил Кармайкл. - У вас есть время до завтра, когда начнет поступать почта. Я предложил бы вам информировать СМИ, что это по вашему указанию я разослал экземпляры выдержек из текста. Сопроводительные письма это подтверждают.

- Кармайкл, - сказал Харли. - Вы погубили свою страну. Надеюсь, вы это понимаете.

Гарри кивнул и продолжал ждать ответа.

Римфорд отправился выпить гоголь-моголь с ромом, но поехал вместо этого в пустыню. Над горизонтом висела яркая пара - Сириус и Процион. Хранят свои тайны, думал он, глядя на них несколько лет назад. Но теперь эти тайны лежали раскрытые, представленные глазам мира с помощью «Скайнета». У этих двух солнц есть четырнадцать известных планет, занесенных в указатели и каталоги по массе и составу. И все они считались лишенными жизни.

На фоне пустынного неба величественно перемещались столовые горы.

Алтейцы сделали потрясающую вещь. Они исследовали, пару квазаров, далеко отстоящих друг от друга в видимой полусфере, каждый примерно в тринадцати миллиардах светот вых лет - один чуть дальше, другой чуть ближе. И они определили, что это - один и тот же объект, только видимый с разных точек! Это могло значить только одно: взгляд их телескопов обходит вокруг космического свода!Более того, поскольку квазары находятся не точно в диаметрально противоположных точках небосвода, становится ясно, что Вселенная не сферична.

Пустыня выглядела непривычно. Много лет назад, когда сестра только переехала жить к Римфорду, они ездили в сочельник примерно в этот же участок пустыни. Тогда Римфорд работал в обсерватории Китт-Пик. Теперь это казалось очень давно. В те дни небо было полно тайн, а сегодня он держит Вселенную в руках, многое понял в ее устройстве, понял практически все, что в ней важно, - кроме тайны своего собственного существования.

Оставались какие-то подробности, но тривиальные: некоторые пункты теории света и волн - в этом роде.

80
{"b":"98235","o":1}