ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Лео, боюсь, что нашей приятной поездке пришел конец. Посмотри, это чудовище движется прямо на нас, еще пара минут и наши пути пересекутся. Прыгаем немедленно.

Мы спрыгнули с нашего транспорта и перенеслись немного в сторону, и через пару секунд перед нашими глазами в совершенной тишине космоса произошла еще одна из многих катастроф. Летающий город налетел на наш поезд, разметал его по всему ближайшему пространству, а сам, даже не заметив этого столкновения, также плавно и величественно скрылся в ближайшем зеркале. И, словно нарушив какой-то непонятный нам баланс сил, в ту же секунду с самими зеркалами стали происходить изменения. Они задрожали, покрылись рябью, по ним стали пробегать волны. Потом все опять застыло.

Но в старых формах был уже жидкий металл, нечто похожее на ртуть. После минутной паузы жидкий металл стал отекать, собираться в большие сверкающие сферы, которые начинали плавно вращаться, затем скорость их вращения стала увеличиваться, и скоро вокруг нас и во всем простирающемся перед нами пространстве танцевали тысячи сияющих волчков.

— Лео, ты что-то понимаешь? Я ничего. По-моему, в этом нет никакой логики, но красиво, чертовски красиво.

Перед нами скользили, вращаясь и переливаясь всеми оттенками из бесконечности в бесконечность мириады сфер, и не было им конца.

— Крис, что будем делать дальше, продвигаться вглубь или вернемся?

Я на секунду задумался.

— Нет, наверное, нет смысла приближаться к нему. Не знаю, что из этого может получиться. Не будем рисковать. Все, что я хотел увидеть, я увидел. Возвращаемся на базу и там начнем готовиться.

— Крис, а что ты хотел увидеть? — поинтересовался Лео.

Пришлось признаться:

— Ты знаешь, я все надеялся во всем этом увидеть хоть капельку разумного. — Я вздохнул. — Так надеялся, что хоть что-то найдется, за что можно было бы ухватиться.

— Ты что, надеялся вылечить его?

— Да была такая мысль. Но теперь я вижу, что все безнадежно. Честно говоря, я в этом убедился еще при нашем контакте, просто захотел все увидеть своими собственными глазами. — Я вздохнул. — Как не жаль, но придется уничтожить его, если у нас это получится. Он опасен, очень опасен. Непонятен, бессмысленен и абсолютно непредсказуем, и это при всем том, что сила его чудовищна. Лео, мне становится очень страшно при мысли, что ему вдруг захочется порезвиться на просторах нашей вселенной. Нас всех тогда ничто не спасет. Миллиарды разумных существ в одно мгновение, так ничего и не поняв, могут в секунду исчезнуть. Возвращаемся, Лео, возвращаемся и немедленно.

В тоже мгновение мы оказались на базе в своей комнате. И вовремя.

В дверь вежливо, но настойчиво стучали. Я отворил. В дверном проеме увидал встревоженное лицо Дорума.

— Сир Олфин, я хотел предупредить вас о том, что в сфере наших наблюдений произошли изменения…

— Мы знаем это, господин Дорум, и вам совершенно незачем тревожиться. Это очередные эксперименты вашего подопечного. Ведь такое уже происходило и не раз, верно?

— Да, сир…, — начальник базы замялся. — Я хотел бы сказать еще одно. Сир, с момента вашего появления здесь, на нашей базе, активность его возросла на несколько порядков. Если к этому существу можно применить обычные мерки разумного существа, то я бы сказал, что он волнуется. И к чему это может привести, никто не знает. — Узкое лисье лицо его выражало крайнюю степень волнения.

— Не волнуйтесь, Дорум. Это его реакция на меня. Просто он знает, что я здесь. Наберитесь терпения. Мне почему-то кажется, что скоро все ваши проблемы будут решены. — Я криво улыбнулся. — И вы, и все ваши сотрудники благополучно отправитесь домой.

Но эту хитрую лисицу не так-то легко было сбить с толку. Все-таки, они все в первую очередь были исследователи, и поиски истины для них всегда стояли на первом месте, а может быть, это было врожденное любопытство, кто знает, но это меня в них всегда восхищало. Вот и сейчас любой бы на месте Дорума обрадовался возможности покончить с этим делом и вернуться домой, а он, оставаясь до мозга костей исследователем, только спросил:

— Сир, а что будет с этим объектом, вы возьмете его с собой? И можно будет наблюдать его в стационарных условиях?

Трудно было вот так в глаза ответить правду, трудно было даже вслух сказать то, что я понял уже давно. И я выдавливал слова через силу:

— Нет, Дорум. Объект будет уничтожен, так как представляет огромную опасность для всего живого.

— Но сир, его потеря, это потеря самого ценного объекта для изучения. Никогда еще мы не наблюдали чего-то подобного…

— Нет, Дорум, — я был непреклонен. — Объект должен быть уничтожен. Да поймите же вы, сейчас он занят самим собой и потому для всего окружающего пока не опасен. Но стоит ему полюбопытствовать, что там за пределами его тюрьмы, и мы все пропали. Вы что, всерьез думаете, что вот это вас спасет от него, — и я махнул рукой в сторону рубки. — Все ваши защитные системы разлетятся в пыль, вздумай он только по-настоящему вами заняться. А такой момент рано или поздно, но обязательно наступит. Да что там говорить, — я сел на койку и расстроено махнул рукой, — вы и сами все прекрасно понимаете, только не хотите себе в этом признаться. Это бомба замедленного действия, и когда она разорвется, и что при этом произойдет, никто не знает. И лучше ее обезвредить сейчас, — я замолчал, глядя на расстроенного начальника базы, а потом уже скорее для самого себя тихо добавил, — если это мне удастся.

В каюте повисло молчание, которое никто из нас первым не хотел нарушать.

Я мысленно обратился к Лео:

— А ты что скажешь?

— Наверное, ты прав. Я не могу принимать такие решения, а ты можешь.

— Да я не прошу тебя решать, а только спрашиваю твое мнение. Согласен ли ты со мной или же я ошибаюсь? Что ты думаешь? — И не дав ему ответить, я продолжил. — Лео, понимаешь, мне страшно! Так страшно мне не было никогда. Такая ответственность, такое тяжелое решение. С одной стороны — погибнуть можем мы все, а с другой — для того, чтобы выжить, нужно убить самим. Ничего другого не остается. Да кто я такой, чтобы принимать на себя такой груз? Простой парень с далекой отсталой планеты, которая даже еще и в космос не вышла. Почему я это должен делать, а не наши мудрые и всемогущие Наставники. Я могу им изложить все это, а уж принимать решение, а тем более осуществлять его будут они сами.

— Они не смогут, Крис. У них нет таких возможностей, как у тебя. Вспомни, что только ты смог активизировать Оптимизирующий Процессор. Никто ни до тебя, ни тем более, после не смог и уже никогда не сможет им воспользоваться. Нет, это должен быть ты. Тебе и только тебе принимать и выполнять решение. Тебе доверяют самое ответственное дело, шутка ли, существование самой Вселенной в твоих руках. Сам мастер не может этого сделать. Ты должен гордиться этим.

Я только горько рассмеялся:

— А гордиться-то и нечем. Поверь мне, Лео, я не просил никого о такой чести. Здорово же я начинаю свою деятельность, с убийства живого существа.

— Но почему ты не хочешь посмотреть, что находится на другой стороне, — упрямо гнул свое Лео, — что значит судьба одного в сравнении с миллиардами разумных. И почему ты решил, что убиваешь разумного и почему ты думаешь, что это будет убийство. А я думаю, что тебе предстоит борьба и борьба жестокая, на уровне выживания одного из вас, и дай бог, чтобы этим выжившим был ты. И я боюсь этого решения, так же как и ты.

— Спасибо тебе, рыжий. — Я потрепал его по холке. — Как хорошо, что ты есть у меня. Вместе мы сила, да?

Секунду мы молчали, потом я сказал:

— Ты знаешь, что еще интересно, Лео? Я никак не могу связаться с Лидингом. Странно, все это. В любом месте он должен быть достижим, он мне сам об этом говорил. Что-то происходит непонятное. Посоветоваться не с кем.

— Думаю, что это молчание тоже закономерное. Ты проблему должен решить сам, без всяких оглядок на других.

— А, так ты думаешь, что меня проверяют?

59
{"b":"99447","o":1}