ЛитМир - Электронная Библиотека

Появился официант, он поставил перед ливийцем глубокую тарелку мюсли, залитых жирным верблюжьим молоком, и поставил прибор для зеленого чая. Еще с детства отец приучил Махмуда употреблять на завтрак калорийную, но не тяжелую пищу, чтобы весь день не знать ни голода, ни усталости.

Как военный человек, Фарук не умел растягивать время приема пищи. Быстро рассправившись с мюсли, он запил молочную смесь крепко заваренным зеленым чаем, единственным напитком, утоляющим жажду в пустыне.

Отодвинув пустую чашку, полковник поднялся и направился к выходу. То, что произошло в следующую секунду, могло быть и умыслом, и случайностью. В тот момент, когда Аббас достиг столика златовласки, девушка оторвалась от изучения путеводителя и, держа чашку в левой руке, обернулась в поисках официанта. Полковник налетел на выставленную чашку. Остатки жидкости с кофейной гущей оказались на белоснежном костюме ливийца.

– О-о, майн готт! – воскликнула молодая женщина, вскакивая со своего места. Подхватив со стола салфетку, она попыталась промокнуть расползающееся по брюкам темно-коричневое пятно.

Араб мгновенно перехватил ее руку и осторожно, чтобы не причинить боль, сжал и по-немецки же смущенно произнес:

– Не стоит волноваться.

– Я знаю, – продолжала суетиться блондинка, пытаясь салфеткой дотянуться до брюк и невольно касаясь паха, – в гостинице есть отличная химчистка, и позвольте мне заплатить.

Аббас обернулся, за ними с интересом наблюдали и посетители ресторана, и прислуга. Привлекать к себе внимание в планы полковника никак не входило, поэтому он широко улыбнулся и с легким сожалением произнес:

– Ну что делать, перед таким напором я просто не в силах устоять. Ваша взяла, платите.

– Великолепно, – с облегчением воскликнула блондинка. Ее напор тут же угас, и она величественно произнесла: – В таком случае, я хотела бы пригласить вас в свой номер, в знак того, что вы на меня не сердитесь. Надеюсь, не откажетесь полчаса провести в моем номере?

Все это походило на классическую ловушку для ловеласа. В основном таким грубым способом «пеленают» сущих недотеп.

«Слишком грубо, чтобы работали профессионалы, – мгновенно просчитал ситуацию полковник, сразу же отметя попытку похищения. Это гораздо легче сделать на улицах города. – Либо меня с кем-то перепутали, либо это что-то другое, а не вербовка. В любом случае, не разбив яиц, яичницы не изжаришь».

Аббасу уже самому стало интересно, что же тут затевается. Попытки шантажа полковник нисколько не боялся. Однажды его пробовали поймать на такую дешевую приманку, но ничего не получилось.

Вместе с молодой женщиной он поднялся на восемнадцатый этаж. Блондинка занимала также номер «люкс».

Проводив Махмуда в ванную комнату, женщина капризным тоном приказала:

– Снимайте свои вещи, а пока можете накинуть… – на мгновение задумалась, прикусив нижнюю губу. Ее взгляд упал на ярко-красное кимоно, расшитое золотыми драконами. – Вот, это накиньте, а я пока вызову кого-нибудь из химчистки.

Раздеваясь, полковник взглянул на часы. До приезда Али и Виктора оставалось без малого полтора часа. «Если что, мы еще успеем покувыркаться», – подумал полковник и ощутил нарастающее желание. Отбросив грешные мысли, ливиец вышел в холл и услышал голос белокурой хозяйки:

– …заказ действительно срочный, цена не имеет значения. – Девушка опустила трубку на телефонный аппарат и мягко улыбнулась гостю: – Через полчаса обещали все устроить. Вы уж меня извините, в этой суматохе мы позабыли познакомиться. Меня зовут Ева, Ева Шикльгрубер[17], – протягивая узкую ладонь, представилась молодая женщина.

– Касым Мустафа Кошеид, – коснувшись пальцев Евы, произнес полковник, назвав полностью свое «залегендированное» имя.

– О, какое красивое имя! – восхищенно воскликнула блондинка, слегка подавшись вперед, так, чтобы собеседник мог в разрезе декольте увидеть ее великолепную грудь. – Вы, наверное, нефтяной король?

«И все-таки девушку интересует нефть», – мысленно констатировал Аббас. В мозгу опытного разведчика засела фамилия его новой знакомой, не давая покоя, но вид декольте не позволял ливийцу сосредоточиться. Впрочем, это мелочи, главное, что он знал, за чем охотится эта акула.

– Нет, к сожалению, я не нефтяной король, а всего лишь главный менеджер торговой фирмы, – вымученно улыбнулся Фарук.

– Ну да, ну да, – заметно приуныла Ева. – Не все арабы нефтяные магнаты.

В дверь осторожно постучали, и раздался голос с сильным акцентом:

– Химчистка, мэм.

– Иду, – воскликнула блондинка. Рванувшись в ванную, она подхватила вещи Фарука и подошла к двери. Со своего места полковник мог видеть часть коридора и мужскую руку в темно-синей униформе, какую обычно носит технический персонал гостиницы.

– Ну что же, теперь, когда все проблемы улажены и есть свободных полчаса, почему бы нам чего-нибудь не выпить?

Махмуд Аббас не отказался бы от порции хорошего виски. Этот напиток в умеренныхдозах раскрепощал его сознание и повышал половое влечение. Но все портила предстоящая встреча, Фарук понятия не имел, как отреагирует на запах спиртного бывший детский писатель. Учитывая его теперешнюю набожность, не исключено, что Заурбек Галиперов откажется вести с ним переговоры.

«Шайтан бы побрал этого Сказочника», – в сердцах чертыхнулся Аббас, плотоядно поглядывая на фигуру новой знакомой, и решил, что на первый раз будет достаточно и обычной воды.

– Если можно, кока-колу.

– Слушаю и повинуюсь. – Ева присела в глубоком реверансе, в очередной раз демонстрируя вырез декольте.

Через минуту она вернулась, держа в руках две банки холодной колы. Еще через минуту они слились в глубоком, страстном поцелуе, а через пять минут широкая кровать стонала под кульбитами из «Камасутры», которые выделывали любовники…

Тем временем в соседнем номере Калиостро, забравший одежду ливийца под видом служащего гостиницы, вывел следы кофе при помощи универсального пятновыводителя и достал из кейса большой баллончик с аэрозолем, в каких обычно содержатся строительные замазки и мебельный лак, но на этот раз в емкости, доставленной дипломатической почтой в Буктар, находилась супермощная взрывчатка класса пластид. Измельченная до пылеобразного состояния, она была смешана с фрионом.

Калиостро обильно покрыл брюки и пиджак этим спреем, аккуратно выложив на ткань полкилограмма взрывчатки. Крупинки пластида вместе с фрионом заблестели серебристыми искрами на шелке. Чтобы убрать неестественный блеск, американцу пришлось пятнадцать минут сушить костюм обычным женским феном. Наконец все было закончено, фрион выпарился, а крупинки пластида глубоко въелись в ткань. Остался последний штришок. Калиостро вытащил из кармана форменной куртки миниатюрный футляр, отдаленно напоминающий спичечный коробок. Раскрыв его, вытащил оттуда пластиковый тонкий цилиндрик, внешне похожий на обломок вязальной спицы, это был радиоуправляемый взрыватель. Чтобы его случайно не обнаружили, взрывотехник воткнул детонатор с внутренней стороны воротника…

– Твоя одежда готова. – В спальню вошла Ева, одной рукой придерживая полы шелкового кимоно, наброшенного на голое тело, другой покачивая пластиковыми «плечиками» с костюмом. – Все, как я обещала. По-моему, ты торопишься?

– Да-а, – с сожалением протянул Аббас, глядя на часы. – У меня на сегодня действительно назначена важная встреча, но пятнадцать минут еще есть. – И выразительно взглянул на блондинку.

– Ах так, – воскликнула девушка. Бросив костюм на спинку кресла, резким движением она сбросила халат и в одном прыжке оказалась на кровати. Нежные руки легли на смуглые колени мужчины, покрытые густыми волосами, и широко раздвинули их. В следующую секунду Ева покрыла низ его живота лавиной белокурых волос. Махмуд Аббас блаженно замычал, отдаваясь во власть изощренной ласки. Но достигнуть вершины блаженства ему было не суждено, через мгновение Ева оседлала выпуклый и такой же покрытый буйной растительностью живот ливийца и, как заправская наездница, с визгом – Еу-ха – понеслась навстречу удовольствию…

вернуться

17

Шикльгрубер – настоящая фамилия Адольфа Гитлера.

65
{"b":"99459","o":1}