ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Это уже в обрез. Начинаем собираться.

С лихорадочной поспешностью они принялись наполнять аварийные ранцы кислородными баллонами, запасами питания, необходимыми приборами. Отсутствие тяжести позволяло не ограничивать вес поклажи.

Покончив с подготовкой, люди оделись в космические костюмы.

— Пора, — сказал Бурдин и оглядел кабину ракетоплана. Лицо его стало мрачным.

Несколько минут они стояли молча, не решаясь покинуть кабину. Игорь первым направился к люку, за ним Светлана и наконец Иван Нестерович. Капитан покидает корабль последним.

9. Разгадка тайны астероида 117-03

Втроем они вышли из ракетоплана. На яркой многокрасочной поверхности Урана появлялись все новые подробности: белые пятна покрылись фиолетовыми прожилками. Красные полосы расчленялись на более мелкие пластинки с остроугольными четко очерченными контурами. Края остальных пятен становились размытыми и переходили в преобладающий зеленый фон.

Бурдин внимательно посмотрел на Светлану. Он боялся за девушку и теперь искренне сожалел, что взял ее в такое опасное странствование. Ничего хорошего их на Уране не ожидало.

Как ни твердо верил он в помощь с Земли, но, прикидывая оставшиеся запасы кислорода и питания, приходил к самым неутешительным выводам. Запасы кончатся через два месяца, а от Земли до Урана пять, шесть месяцев пути. Иван Нестерович понимал, что все это отлично известно Светлане и Лобанову. И его приводило в недоумение спокойствие девушки. Ну, скажем, Игорь, тот научился владеть собой, он уже десятки раз находил выход из опаснейших положений. Но Светлана, эта девушка с наивными серыми глазами, с такими светлыми волосами, какие бывают только у маленьких девочек, она-то когда научилась быть бесстрашной?

Ох, если бы ему пришла фантазия послушать, как бьется ее сердце! Светлане казалось, что оно вот-вот выпрыгнет наружу.

Поймав на себе внимательный взгляд командира, девушка поняла его как приказ прыгать. Она вся похолодела, сознание помутилось от страха. Помедли она еще мгновение — и страх парализовал бы ее волю, заставил бы вцепиться в Лобанова. Опережая это противное стремительно нарастающее чувство, которое железными тисками сжимало все внутренности, Светлана закрыла глаза и мгновенно оттолкнулась от ракетоплана. За нею последовал Лобанов. Кружась и перевертываясь, оба стали медленно удаляться в сторону.

Очередь была за Бурдиным. Он оглянулся на прозрачную оболочку ракетоплана, сквозь которую была видна покинутая кабина. На щите горела лампа, в ее свете поблескивали приборы, пустые кресла, беспорядочно разбросанные вещи.

— Пора, — сказал себе Иван Нестерович, а рука его еще крепче стиснула поручень входного люка.

Он с тоской посмотрел вслед улетающим друзьям. Нет, он не имел права оставаться, не имел права покидать Игоря и Светлану. Пальцы его разомкнулись.

Но тут пришла неожиданная мысль. Цепь загадок дополнялась еще одним звеном, на первый взгляд, таким же непостижимым, как и прежние. Здесь, на границе атмосферы, скорость падения людей и ракетоплана должна оставаться совершенно одинаковой.

Только когда плотность атмосферы будет достаточно ощутимой, люди полетят медленнее, чем хорошо обтекаемая машина. Между тем происходило обратное, противоречащее законам механики:

Игорь и Светлана улетали вперед, опережая ракетоплан.

Догадка, от которой сразу пересохло во рту, заставила Бурдина поспешно возвратиться в кабину. Закрыв за собой люк, не снимая космического костюма, он направился к локатору. Но только он собрался сесть в кресло, как вдруг взмахнул руками, упал на спину и покатился в колпак кабины. Конструктор испытал то же самое, что случается с пассажирами при резком торможении поезда. Теперь не оставалось сомнений — ракетоплан замедляет движение и, уж конечно, не сам по себе, а с посторонней помощью.

На четвереньках Бурдин кое-как добрался до кресла. Обеими руками он вцепился в локатор и повернул его назад.

Астероид 117-03 следовал за ракетопланом. Он оказался позади, и кто мог ответить на вопрос, как это произошло?

Астероид?

Нет, мертвый обломок материи не мог вызвать торможения машины, а в том, что это происходило благодаря присутствию астероида, Иван Нестерович уже не сомневался. Такие чудеса под силу только разумному вмешательству.

Зная массу машины и потерю скорости, Иван Нестерович в уме прикинул силу, с которой затормозили ракетоплан. Результат вызвал у него невольный восторг и уважение к тем, кто может проделывать все это. Мощность атомного двигателя, установленного на ракетоплане, проигрывала так сильно, что потрясенный конструктор забыл, где находится, и вообще несколько минут сидел неподвижно, с перепутанными мыслями.

Потом он спохватился и стал вызывать Игоря. В наушники скафандра ворвался гул, напоминающий работу электрического вибратора. Значит, ракетоплан уже находился в атмосфере, в ее верхних, ионизированных слоях.

Между тем расстояние между астероидом… — нет, не астероидом, а космическим кораблем! — и ракетопланом быстро сокращалось.

Атмосфера Урана становилась все плотнее. Стрелки приборов, контролирующих температуру оболочки, пришли в движение.

Значит, машина падала еще с такой скоростью, которая вызывала нагрев от трения о воздух. В кабине становилось жарко, но, разумеется, далеко не так, как это было при встрече с кометой. Снаружи светлело. В прозрачных стенах кабины мелькали разноцветные иглы, одна за другой гасли звезды. Синие плоские облака, точно обломки фанерных листов с рваными краями, колыхались под крыльями машины. Ракетоплан погружался в густеющую зеленую дымку.

Облака не мешали Бурдину видеть с помощью локатора настигающий его космический корабль. Теперь на экране уже вырисовывалось не пятнышко, а большое яйцевидное металлическое тело, слабо поблескивающее в лучах далекого Солнца. Размеры корабля были известны Ивану Нестеровичу из расчетов Чернова: в семь с половиной раз превосходил он «СССР-118» по диаметру и почти в десять раз по длине. Да, это был настоящий корабль! Гладкую поверхность его покрывали цилиндрические наросты, расположенные в шахматном порядке.

«Вот они, органы, создающие поле», — сказал себе Иван Нестерович, изучая наросты. Бурдин пытался разглядеть внутренность корабля, но его оболочка радиоволн не пропускала…

Между ракетопланом и космическим кораблем осталось несколько километров. Иван Нестерович выключил локатор и стал ждать появления межзвездного пришельца.

Корабль появился с правой стороны. Его овальный нос медленно выполз из-за глухой стены грузового отсека. Оболочка корабля была прозрачной. Бурдин, стиснув поручни кресла, весь подался вперед. Свершалось нечто такое, чего ни он, ни профессор Чернов не могли предполагать, организуя погоню за астероидом.

Иван Нестерович не выдержал: его невозмутимость точно водой смыло. Одним прыжком очутился он у стены кабины и прижался к ней всем телом, пытаясь разглядеть, кто и что находится внутри космического корабля.

Первое, что увидел Бурдин, — было безволосое лицо, смотревшее на него с той стороны. Оно поразило Ивана Нестеровича своей красотой, неправдоподобно правильными чертами. В больших черных глазах светились разум и воля.

Прямой нос, небольшие изогнутые губы придавали ему сходство с лицом Александра Македонского.

Но лицо мелькнуло и исчезло. Исчез и корабль, он ушел вперед. Перед Бурдиным по-прежнему расстилалась зеленая пелена. Внизу он увидел быстро увеличивающиеся красные холмы.

Последовал мягкий толчок о грунт.

Машина «СССР-118» совершила посадку на поверхность Урана, точнее говоря, ее посадили на Уран. Целая и невредимая, машина лежала среди красных шершавых холмов, похожих на застывшие волны.

Проверив исправность космического костюма, Иван Нестерович направился к выходу из кабины. На Уране действовало почти такое же притяжение, как и на Земле, даже чуть поменьше.

Бурдину же показалось, что на его плечи взвалили огромный груз. Мускулы отвыкли от силы веса. Дыхание стало тяжелым, учащенным.

20
{"b":"99489","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Осколки детских травм. Почему мы болеем и как это остановить
Чтобы сказать ему
Фитотерапия для детей. Травы жизни
Практическая характерология. Методика 7 радикалов
Великий канцлер
Серотонин
Оно
Финт хвостом
Удивительные истории о любви (сборник)