ЛитМир - Электронная Библиотека

Потом пришла чудовищная, пожирающая рассудок боль. Она угнездилась под коленом, на внешней стороне голени – «Словно кусок мяса кто отхватил». Перед глазами заплясали серые мошки, верный признак возвращающегося беспамятства.

«Нога… Что там еще стряслось?!!»

Дар-Теен крепко зажмурился, попробовал дышать глубже. Небытие снова отступило, затаившись; боль под коленом пульсировала вместе с ударами сердца.

«Та-ак, спокойно, спокойно…»

Он приоткрыл глаза, потянул пропитанный запахом болот воздух. Надежда на пребывание в Альмаране растаяла окончательно: над головой чуть заметно колыхались жиденькие еловые ветки, а еще выше хмурилось дождливое осеннее небо.

«Вот это меня занесло», – Дар-Теен моргнул, мелкие и редкие капли дождика сыпались на лицо, – «Покровители, да что же случилось?!!»

Он ведь очень хорошо помнил, как возвращался в келью из Библиотеки Ордена Хранителей, ломая голову над тем, как поступить – то ли самому отправиться искать Эристо-Вет, то ли плюнуть на все и уехать на Северный Берег. А потом… потом…

Ийлур поморщился от внезапно вспыхнувшей головной боли – и это вдобавок к пострадавшей ноге!

Потом как будто ножницами аккуратно вырезали дырку в памяти. И – кошмар наяву, черное сердце флюктуации приграничья. Разрыв в ткани мертвого Эртинойса, в которое, словно в зеркало, смотрится Эритнойс живой.

Полет в пустоту. Свет, далекий, но прекрасный, как вечерняя звезда.

А затем – странное болото, мохнатый паучище невероятных размеров, который с легкостью подмял под себя бывалого воина. Жаркий укол под коленом – и опять пустота.

…Печальный шепот дождя мешался с тихим потрескиванием горящих веток. Дар-Теен, стараясь не делать резких движений, осторожно повернул голову в поисках костра: так и есть! У огня, на подгнившем бревне, сидел кэльчу и увлеченно листал какую-то книгу. Тут же, неподалеку, лежал еще один кэльчу – но оттого, что последний ни разу не шевельнулся, у Дар-Теена возникло нехорошее предчувствие беды.

«Всевеликие Покровители, да куда же я попал? А главное, как?!!» 

Пожалуй, единственно правильным решением было бы убраться подальше и от любителя книг, и от неподвижного тела, но…

«А что, так даже лучше. Понятней. Если связали – значит, в плену. Значит, рядом с тобой враг…»

И он снова принялся рассматривать кэльчу. В общем, самый что ни на есть обыкновенный кэльчу, оставивший позади беззаботную юность, но еще не доживший до благородных седин. Костяные чешуйки на голове врага были цвета графита, кожа – светлая, как будто этот кэльчу не слишком много времени проводил на солнце. Его широкие брови то угрюмо сходились на переносице, то приподнимались, как будто в удивлении, губы то оставались сжатыми ниткой, то кривились в болезненной гримасе… А грязные пальцы любовно перебирали страницы книги. Пальцы, куда более привычные к оружию, чем к перу.

Кэльчу вдруг недовольно хмыкнул, быстро сунул книгу в пузатую сумку и повернулся к Дар-Теену. В темных, неопределенного цвета глазах мелькнула тревога, щека с застарелым рубцом нервно дернулась.

– Ты говорить можешь? Меня понимаешь?

«Общий», – Дар-Теен все еще пытался сообразить, каким образом его угораздило попасть в плен к кэльчу, да еще и в болотах. От Альмарана до ближайших болот было не меньше двух седьмиц пути, да еще и на хороших щерах.

– Ты говорить можешь? – терпеливо повторил кэльчу.

Он обогнул костер и подошел ближе – так, что Дар-Теен рассмотрел и заплатки на рукавах потертой куртки, и вымазанные в чем-то зеленоватом штаны, и даже кое-как привязанную шнурком подошву башмака. Рукав, кстати, был порван, а вокруг дырки ядовито желтели высохшие капли неизвестной жидкости.

«А не безумец ли какой?» – мелькнула мысль.

Кэльчу словно невзначай положил пальцы на рукоятку топорика, висящего в ременной петле на поясе – и Дар-Теен решил, что не стоит злить этого жителя холмов.

– Могу.

– И кто ты такой?

Дар-Теен покорно представился, вспомнив старинный гвенимарский обычай и озвучив только первую часть имени.

– Дар, говоришь? – прищурился кэльчу, все еще перебирая пальцами топорище, – а как ты сюда попал?

Тут уж Дар-Теен во всем признался:

– Сам не знаю! А мы далеко от Альмарана?

Кэльчу скривился так, будто разжевал жменю горького перца.

– Ты, ийлур, думай что плетешь. Города такого и нет.

«Точно, сумасшедший», – Дар-Теен прищурился, раздумывая, как себя вести дальше.

– Развяжи меня. Зачем веревки?

– Ты долго был в беспамятстве, – последовал лаконичный ответ.

– У меня, похоже, с ногой что-то. Посмотреть бы, а?

– Мы уже смотрели, – усмехнулся безумец, – кусок мяса вырезали, противоядия дали. Ты что, болотня уже не помнишь?

– Болотня?!!

– Ну, паук, который тебя чуть в трясину не уволок.

Дар-Теен невольно поежился. Паук… Болотень.

Кошмар оказался явью, раз уж об этом знал странный кэльчу.

Но откуда, провались все к Шейнире, в Эртинойсе взялась такая тварь?

– Ничего не понимаю, – вырвалось невольно у ийлура.

– Я тоже не понимаю, откуда ты такой взялся, – язвительно отозвался сумасшедший, – и это в то время, когда во всем Эртинойсе едва ли сыщешь одного-единственного ийлура. Похоже, ты один из последних? От жрецов сбежал?

«Он просто безумец», – Дар-Теен напряг руки, в надежде ослабить веревку и освободиться, – «главное, выбраться из болот, дойти до любого торгового тракта, и…»

– А еще мне интересно, каким образом ты обошел патрульные отряды серкт, – добавил кэльчу.

– Чьи отряды?.. – ийлур, уже не обращая внимания на реплики чокнутого кэльчу, растягивал веревки. Самое главное, прикидываться беспомощным и хотя бы дружелюбным, а там…

– Не мучься, сейчас развяжу, – серьезно изрек кэльчу, – Только не дергайся, у тебя в крови еще достаточно яда.

Он в самом деле наклонился и разрезал веревки.

– А теперь можешь посмотреть на свою ногу.

Дар-Теен, стараясь не упускать его надолго из виду, растирал запястья. Вроде бы сумасшедший не набрасывался с ножом, так что можно немного подождать и прийти в себя…

Потом ийлур оперся ладонями о скользкую траву, сел, жмурясь и пытаясь привести в равновесие завертевшийся вдруг лес. Он только глянул на то, что сотворили с вполне здоровой ногой – и к горлу резко подкатила тошнота. Штанина была разрезана до половины бедра, голень под коленом перемотана тряпкой, сквозь которую уже проступили бурые и странные желто-зеленые пятна.

– Покровители! – вырвалось у Дар-Теена, – да что же вы…

– Иначе остался бы и вовсе без ноги, – заверил кэльчу, который все это время молча следил за Дар-Тееном. И тут же добавил, – можешь не призывать Богов, они давно оставили Эртинойс.

– Да ты просто безумец, – ийлур мрачно осматривал повязку, – куда ты меня уволок от Альмарана?!!

– В таком случае мне снова придется тебя связать, – бесстрастно подытожил кэльчу, – потому что из нас двоих безумен ты. Нет больше Альмарана, а Башня Могущества построена на крови двух народов.

Это было сказано тихо и очень спокойно. Но у Дар-Теена вновь появилось недоброе предчувствие беды. Той, что уже случилась… Как раз в тот момент, когда кто-то выкромсал его кусок воспоминаний.

Во рту собралась горечь, Дар-Теен с трудом сглотнул. Да, под ребрами болезненно скребла паучьими лапками тревога, и страх – животный, неодолимый – обернулся скользким слизнем вокруг сердца.

«Успокойся, успокойся… Что-то здесь не вяжется…»

Дар-Теен набрал побольше воздуха в легкие, выдохнул. Кэльчу безмолвно наблюдал за ним, поигрывая охотничьим ножом. Снова бросилась в глаза убогая одежда, и башмак, отчаянно просящий каши, и белый рваный шрам, перепахавший гладкую щеку и задевший грязную шею.

«Разве ты видел раньше хотя бы одного нищего кэльчу? Разве не им дан великий Дар видеть золото и находить драгоценности в тверди этого мира?!!»

– Я не понимаю, о чем ты говоришь, – каждое слово давалось тяжело, потому что услышать правду означало выслушать приговор и самому себе, и зеленоглазой ийлуре, – скажи, где я, что случилось. Что еще за башня Могущества?

16
{"b":"99565","o":1}