ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Тьфу ты, блядь! А я ещё целовался с ней! – под смех остальных плевался неудачливый соблазнитель. Я тоже смеялся, как и все остальные, но сам думал: «Ни хрена себе у девочки репутация! А ведь сразу то и не поймёшь. А она молодец ведёт себя как не в чём не бывало.»

Сразу скажу, что репутация женщины, или как сейчас модно говорить – имидж, для меня ни тогда, ни теперь ничего не значат. Больше скажу, женщина с такой вот репутацией, меня только больше заводит. А на общественное мнение я всегда «кладу с прибором». А уж тем более студента, имеющего прямо скажем не богатый сексуальный опыт, такая репутация только привлекала. Излишней брезгливостью, в отличие от моих товарищей я не страдал.

Я ещё раз присмотрелся к девочке, когда та с подругами выходила из столовой. Худенькая, но высокая, минимум косметики, родимое пятно на шеи, маленькие девчоночьи грудки, мальчишечья попка. Ничего особенного. Национальность выдавали скулы и чуть раскосые глаза. Девушки прошли мимо нашего столика, даже не взглянув на нас.

В следующие наши выходные я организовал поход в лес, благо тайга подступала прямо к нашему общежитию. Естественно, что были приглашены наши недавние знакомые. Мой товарищ, которому Галя (так в дальнейшем и будем её называть) дала отворот - поворот пойти отказался. Поначалу Галя вела себя отчуждённо, наверняка подозревая, что слава уже догнала её и здесь. Я же ни чем себя не выдал. А концу застолья мы с ней ускользнули от компании, и я сумел уговорить её пойти со мной в мою комнату. То, что там спали четверо моих товарищей, меня не смущало, похоже не было препятствием это и для девушки. По крайней мере, долго уговаривать лечь в койку не пришлось. Мы разделись, и тут я обнаружил, что у неё лобок выбрит наголо, я пацан, ещё не знал, что у татарок, как и у всех мусульманок это в порядке вещей. Тогда же этот факт поверг меня в некоторое смятение, я не подозревал, что это гигиеническая мера, а не последствие какой то венерической болезни. Правда пыл это мой не остудило и не остановило. Остановила меня сама Галя, твёрдо сжав ноги и не позволяя моему изнывающему члену заняться делом.

Насилия над женщинами, какая бы дурная слава не тянулась за ними, я не приемлю. Мы промучились всю ночь. Целовались до одурения, я истискал её маленькие упругие груди, она судорожно сжимала мой многострадальный член – но не давала! Может быть, она вспомнила свою «общажную жизнь», и подумала, что вот я её трахну, а потом ей займутся остальные находящиеся самцы в комнате. Не знаю! Только под утро, когда наши соседи недвусмысленно начали шевелиться и вздыхать, Галя легла на спину, раздвинула ноги и решительно вставила мой хуй в свою пизду. Я быстро почувствовал, что её маленькая и узкая дырка, не соответствует репутации хозяйки. Несколько нервных движений и я кончил. Галя поцеловала меня, быстро натянула джинсы и майку и ушла. За всю ночь мы не проронили не слова.

- Ну, слава богу, дала, наконец, - мерзавцы на соседних койках дружно заржали.

- Я уж думал крикнуть «Ну, дай же ты ему скорей!»

- Надо было парни хором крикнуть – «Давай, давай!!!», как «шайбу!шайбу!»

- Ладно, харэ подкалывать, пацан и так намучился!

Я бы тоже с ними посмеялся, только вот сил не было, всё отняла у меня эта «ночь любви».

Потом мы трахались всё оставшееся время, что были в этом далёком сибирском городе.

«Гроза началась стремительно. Берег реки опустел. Крупные капли дождя больно хлестали по голому телу. Они, держась за руки, бросились опрометью в ближайший фанерный домик. Девушка смеялась и на ходу буквально сорвала с себя лифчик. Трусики врезались в попку. Её купальник, какой- то совершенно детской расцветки в горошек, почему-то совершенно намок под дождём. И ему показалось, что это было обыкновенное нижнее бельё. В домике было, какое то подобие нар и они легли, тесно прижавшись, друг к другу. По фанерной крыше хлестал дождь и от сильного ветра весь домик подозрительно шатался. Он стал целовать её, она ещё сильнее прижалась к нему своими острыми сосками. Изогнувшись, девушка ловко скинула свои детские трусики и требовательной рукой достала его набухший хуй из плавок. Крики и стоны девушки, когда он методично надвигал её бритую щелку на свой малочувствительный, как это всегда бывает с похмелья, член, слились с шумом непогоды снаружи. Они кончили вместе, гроза прекратилась также резко, как и началась.

- Ты любишь меня, - спросила девушка, не ожидая ответа. «Интересно осталось ли у пацанов чего-нибудь выпить?» - подумал он…» 

Далее, кто раньше, кто позже оказались в своём городе и начались занятия в институте. Про Галю я откровенно стал забывать, навалилась куча проблем, год был выпускной. А тут ещё «залетела» моя постоянная подруга, с которой у нас отношения были на протяжении всей учёбы. Но уж такова мужская порода, что тянет нас постоянно с пути истинного. Сознаюсь, я стал захаживать к Гале, благо она стала жить в том же общежитии, что и все мои друзья, да и будущая жена. Не судите – да не судимы будите!

Галя всегда безропотно пускала меня, в любом состоянии, преимущественно я был пьяный как свинья. Всегда давала денег утром, что бы похмелился. И не разу никаких претензий и намёков. Спать с ней было не очень интересно. Никаких излишеств, только секс в рабочее – крестьянской позе, никаких тебе «в рот» или «в зад». Конечно, мы всегда вынуждены были трахаться в комнате, где находились посторонние люди, и это обстоятельство разнообразию не способствовало. Но, тем не менее, однажды Галя мне призналась, что только со мной она первый раз кончила, что раньше во время этих сексмарафонов в мужской общаге ничего подобного не испытывала. Я, конечно, скептически отнёсся к этому «в первый раз», но промолчал. То, что я может быть первым не по - свински к ней отнёсся, не посмотрел на её репутацию «доступной пизды» - это да, это может быть. Я не знаю что она там себе нафантазировала, но однажды Галя явилась ко мне домой. Каким образом она узнала адрес, я не представляю, но факт остаётся фактом. Меня, слава богу, в тот момент дома не было, а впрочем, моё присутствие в планы предприимчивой татарочки, наверное, и не входило. Сказать, что моя маман была удивлена её приходом, значит, ничего не сказать. Гульнара явно хотела произвести впечатление, на ней было прекрасное бархатное платье, явно у кого то позаимствованное и туфли на высоком каблуке, а чёрные как смоль волосы были уложены в замысловатую причёску. Всё это я знаю со слов матери – маман была явно поражена девушкой, чего та и добивалась. Не учла она только того, что никакого влияния на меня мать уже к тому времени не имела. Да и дома то я был редким гостем.

Когда я узнал об этом «дружеском визите», то естественно вызвал Галю для объяснений. Был, конечно же, изрядно поддатый и злой. Девушка молча выслушала мои претензии, и ничего не стала говорить в оправдание. Она закурила и когда сигарета закончилась, произнесла только одну фразу:

- Знаешь, как обидно делать аборт от любимого человека.

И всё: ни тебе слёз, ни упрёков, ни угроз. Сказала и пошла. Хмель у меня как рукой сняло. Самое смешное, что буквально неделей раньше я узнал, что от меня беременна другая женщина. Она аборт делать не стала, она стала моей женой.

Ночью, во время тяжёлого и бредового сна, к Андрею приходила его умершая бабушка, и укоризненно качала головой. Глубокая тоска сдавила грудь, сердце стучало как бешеное, руки и ноги сводило и выворачивало. Андрей проснулся от собственного крика, ему что – то хотелось сказать самому дорогому, но, увы, уже навсегда покинувшего его человеку. Андрей долго лежал, открыв глаза, проверяя реальность обстановки. «Вроде ещё не началось», - он повернулся лицом к соседу и увидел, что Семён насторожено, смотрит на него.

- Ты в порядке?

- Да так приснилось что – то…

Тут дверь в палату приоткрылась, и к ним заглянул молодой короткостриженный парень.

- Здорово, пацаны. Не спите? А вы тут не кисло отдыхаете – вдвоём в четырёхместной! Я зайду, разговор есть, - и он зашёл. Крепенький такой, в спортивном костюме и сланцах на босу ногу – прямо персонаж из 90- ых годов, такой, знаете ли «бычёк». Парень явно попутал времена.

7
{"b":"99596","o":1}