ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Эта декларация заложила основы двусмысленных и нестабильных взаимоотношений между переселенцами и британскими властями, оккупировавшими Палестину к концу Первой мировой войны. По Версальскому миру англичане получили эту страну в качестве подмандатной территории, но обязывались рано или поздно предоставить ей независимость. Проблема только в том, кому придется передавать власть - европейским поселенцам еврейского происхождения или арабам? Разделение двух общин, кстати, не имело ничего общего с религиозными различиями: среди «арабов» были не только мусульмане и христиане, но даже иудеи, потомки коренного еврейского населения, которые оказались вместе с соседями-мусульманами оттеснены на второй план в новой Палестине выходцами из Европы.

Британцы оказались в сложном положении: сионисты с их идеологическим энтузиазмом нужны были им во время войны для борьбы против турок, но империя стремилась завоевать поддержку арабов. И тем, и другим в ходе войны обещали собственное государство. Ни те, ни другие обещанного не получили, но и обещания не были взяты назад, а только отложены (до возникновения благоприятных обстоятельств). И те, и другие получили некоторые существенные политические уступки и права, но явно недостаточные с их точки зрения.

По мере того, как, с одной стороны, разрастался конфликт между местным населением и «понаехавшими», а с другой стороны, на колониальном Ближнем Востоке усиливался арабский национализм, положение британской администрации становилось всё более запутанным и двусмысленным. По существу, британцы попали меж двух огней, пытаясь балансировать между противостоящими группами и получая удары с обеих сторон. Историки до сих пор спорят относительно британской политики в подмандатной Палестине: что делали колонизаторы - стравливали общины или пытались их примирить? Но какие бы цели они ни ставили, ничего путного у них не получалось.

Впрочем, и сионистское движение к середине 20-х годов находилось в явном кризисе. Революция в России показала совершенно другой путь решения еврейского вопроса - участие в социальной борьбе и политической жизни вместе с остальными трудящимися массами. Равноправие и интеграция в новом многонациональном государстве. Если уж нужен был собственный «национальный очаг», то его не требовалось создавать за морем - были организованы автономные поселения в Крыму и Биробиджане.

Дискриминация евреев в других странах Восточной Европы оставалась фактом, отчасти даже усиливалась, но решение проблемы еврейские массы видели скорее через «русский путь», а не через сионизм. Вместо того чтобы уезжать за тридевять земель в Палестину, они вливались в коммунистические и социалистические организации, вступали в профсоюзы, изучали теорию марксизма и штудировали политэкономию.

Религиозные традиционалисты, недовольные ростом «левых» настроений, тоже не испытывали к сионистам большой симпатии - ведь сионистская агитация разрушала действующие общины. А вернуться в Иерусалим, согласно догматам веры, требовалось только после прихода Мессии, не раньше.

Возрождение сионизма стало возможно благодаря катастрофе Второй мировой войны и Холокоста. На первых порах, кстати, гитлеровское руководство не собиралось проводить тотальное истребление евреев, даже гневно открещивалось от подобных обвинений. Предлагалось, например, всех депортировать… в ту самую Палестину! Короче, выполнить сионистскую программу силами нацистского государства. Но в ходе войны практичные немцы догадались, что убивать дешевле, чем депортировать. Окончательно вопрос был решен, когда разработали технологию массового истребления людей в газовых камерах: это позволяло экономить столь нужные фронту патроны. Делать из людей мыло и прочие полезные вещи вроде костяных гребенок оказалось намного эффективнее, чем использовать их подневольный труд в концлагерях.

Как и в начале ХХ века, основной поток переселения, спровоцированного нацистским террором, пришелся на Америку (отчасти на Англию и даже на избежавшую немецкой оккупации Швецию). Однако вновь Палестина получила изрядный прирост населения. Вскоре после освобождения антисемитские погромы прокатились по Польше. Люди, выжившие в концлагерях, не могли вернуться домой. Их дома и квартиры были уже заняты соседями-католиками, тоже, кстати, жертвами немецкой оккупации.

К концу Второй мировой войны англичане и рады были бы забыть про декларацию Бальфура, но политически и морально не имели такой возможности. Черчилль пытался уладить вопрос, предлагая лидерам сионистов Восточную Пруссию в обмен на отказ от Палестины. Немецкое население можно было бы выгнать, как он гуманно выразился, «под дулами пулеметов». Что впоследствии и было сделано, только не британцами, а польскими и советскими властями. Однако сионисты были непреклонны. Вскоре начались террористические акты против британского военного и административного персонала, так что представители приходящей в упадок империи сочли за благо поскорее убраться с этой беспокойной территории.

Независимость Палестины обернулась затяжной войной с арабскими соседями, армии которых были вооружены и обучены британскими офицерами - хоть и с опозданием на 40 лет, умирающая империя сделала свой выбор. В свою очередь, новорожденный Израиль получил помощь СССР. Исход борьбы решили, в конечном счете, не столько отвага и энергия израильских ополченцев, сколько поставки современного оружия из коммунистической Чехословакии.

Первые израильские правительства клялись в верности идеям социализма и проводили экономическую политику, вполне соответствовавшую принципам «левой» социал-демократии. Правда, их передовое мировоззрение не включало понятия о правах арабского меньшинства. Получив власть в свои руки, израильское руководство принялось энергично зачищать территорию, выдавливая тысячи крестьян с земель, которые надо было отвести для новых (воплощающих идеалы справедливости) аграрных поселений. Отцы-основатели сионизма жаловались, что евреям в старой Европе запрещено было заниматься земледелием. Народ был столетиями обречен все свои усилия обращать на совершенствование в науках, искусстве, ремеслах и бизнесе. Теперь, чтобы стать «нормальной страной», требовалось возделывать землю.

Геополитический расклад на Ближнем Востоке сменился в 1956 году, когда египетские военные свергли монархию и президент Г.А. Насер национализировал англо-французскую компанию Суэцкого канала. Израиль начал против Египта новую войну, теперь уже наступательную, в союзе с французами и англичанами, своими недавними противниками. Для «левых» сионистов, воспринимавших свою борьбу как часть антиимпериалистического движения, это было шоком. Известный историк Теодор Шанин (ныне руководитель Московской Высшей школы социальных и экономических наук), в те времена офицер израильской фронтовой разведки, рассказывал, как во время той кампании его чуть было не арестовали за антивоенную агитацию в войсках. Спасло его только то, что он являлся героем предыдущей войны.

В 1956 году Израиль выступал в союзе с Англией и Францией, тогда как Египет поддержали СССР и США. К 1967 году, когда разразилась очередная война, расклад сил определился окончательно. Запад во главе с Соединенными Штатами стоял за Израилем, а Советский Союз принял сторону арабов. Шестидневная война 1967 года завершилась не только военной и моральной катастрофой арабских режимов, но и очередной политической мутацией израильского сионизма. Из маленькой страны, защищающей собственное право на существование, Израиль превратился в мощную военную державу, терроризирующую своих соседей. Палестина, которую разделили в 1948 году на арабскую и израильскую части, вновь оказалась объединена, теперь уже под контролем Израиля. Но что делать с оккупированными территориями, израильские элиты за последующие 40 лет так и не решили. Независимость арабской Палестины возможна не более, чем отделение от Москвы Республики Южное Бутово с Тушинским анклавом. А объединения Израиля и Палестины в единое демократическое государство не хотят ни сионисты, ни арабские националисты. Последних, впрочем, понемногу теснят исламские фундаменталисты, влияние которых возрастает пропорционально ослаблению позиций «левых» в израильском и арабско-палестинском обществах.

117
{"b":"99632","o":1}