ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

© 2008, «Новый Регион - Москва»

ВО ГЛАВЕ ЗАБАСТОВОК 21-ГО ВЕКА СТАНУТ МОЛОДЫЕ РАБОЧИЕ C ПРЕДПРИЯТИЙ ТРАНСНАЦИОНАЛЬНЫХ КОРПОРАЦИЙ

Денис Фрунзе

Забастовочное движение в России в наступившем 21-м веке будет качественно отличаться от рабочих бунтов 90-х. С таким мнением в ходе круглого стола, посвященного перспективам протестного рабочего движения, выступил известный эксперт в этой области, политолог Борис Кагарлицкий.

«В прошедшем 2007-м году волна забастовок на российских предприятиях стала достоянием общественного мнения, фактом, который обсуждается и в прессе, и в деловых кругах, - заявил Борис Кагарлицкий. - во многом этот интерес обусловлен не столько масштабом, сколько новизной этого явления».

Поясняя свой парадоксальный тезис о «новизне» забастовочного движения в имеющей богатейшую историю рабочих стачек России, Кагарлицкий высказал мнение, что нынешние забастовки на таких предприятиях, как автомобильный завод Ford в Ленинградской области, являются «забастовками нового типа», участие в которых принимают рабочие новой формации, имеющие иную, чем у их предшественников, мотивацию для социального протеста.

«Современные забастовки и стачки 90-х - это явления, имеющие под собой абсолютно разную почву, - утверждает Кагарлицкий. - В 90-х - это были в основном стихийные, голодные бунты, вызванные задержками с выплатой зарплаты. Участниками этих акций в основном становились люди, которые не сумели приспособиться к экономическим и социальным реалиям нового времени. Сегодняшние стачки - закономерные плоды экономического роста в стране. Бастующие борются за справедливое перераспределение результатов экономического роста. Кроме этого, немаловажным является тот факт, что по большей части новые забастовки проходят в новом сегменте российской экономики. Они начинаются на успешных, современных, высокотехнологичных предприятиях в молодых коллективах, сформированных в период экономического роста».

По словам Кагарлицкого, российские рабочие перенимают опыт протестной борьбы западных профсоюзов, чему способствует выход на российскую арену предприятий, представляющих транснациональные корпорации.

«Рабочие того же завода Ford понимают, что могут обратиться за помощью и советам к западным профсоюзам, работающим на Ford, могут сравнить свою зарплату с доходами не рабочих с соседнего умирающего завода, а с заплатой фордовских рабочих из других стран, - считает Борис Кагарлицкий. - И сравнивая уровень зарплат, рабочий видит, что стоимость собираемых им автомобилей везде в мире одинаковая, а зарплата существенно отличается».

По данным Кагарлицкого, зарплата рабочих на российском заводе Ford является одной из самых низких среди всех предприятий корпорации, разбросанных по всему миру. Меньше получают только рабочие Ford в Таиланде. В то время как в Бразилии платят больше. При этом расчеты профсоюза рабочих Ford показали, что при выполнении их требований, себестоимость одного собранного ими автомобиля увеличилась бы лишь на 50-70 долларов.

Кагарлицкий считает, что именно рабочие подобных предприятий станут в авангарде забастовочного рабочего движение в новом веке. С экспертом согласились практически все представители отраслевых профсоюзов, принявших участие в работе круглого стола.

«Число забастовок увеличится в России только тогда, когда на смену стареющим работникам, людям с советским мышлением и ментальностью, придут новые люди, которые никому не верят, и которые привыкли не просить, но требовать, - считает председатель Российского независимого профсоюза работников угольной промышленности Иван Мохначук. - Если к тому времени работодатели не осознают необходимости договариваться с работниками, вести переговоры в конфликтных ситуациях на равных, нас может ожидать социальный взрыв».

По мнению председателя Независимого профсоюза горняков России Александра Сергеева, для цивилизованного разрешения трудовых конфликтов должна измениться не только психология рабочих, но и психология работодателей.

«По всей стране идет идеологическая борьба между собственниками и бюрократами с одной стороны и простым народом, который не хочет, чтобы его считали быдлом, - заявил Александр Сергеев. - Госпропаганда сегодня дает народу завышенные ожидания относительно роста экономического благополучия, и отсутствие реально осязаемых результатов порождает протестные настроения. Наши российские собственники, ставшие таковыми в период криминальных разборок, не готовы к социальному партнерству со своими работниками и профсоюзами. Им проще действовать старыми методами, расправляясь с активистами рабочего движения и профсоюзными лидерами, чем садиться с ними за стол переговоров. И такие прецеденты уже есть».

Глава профсоюза горняков призвал своих коллег из профсоюзов, входящих в ФНПР быстрее «учиться махать дубинкой забастовки перед носом работодателя». «Только обретя уверенность в собственных силах, люди смогут почувствовать себя свободными, смогут ощутить, что его права соблюдаются в той же степени, что и интересы Романа Абрамовича», - заявил Сергеев.

© 2008, «Новый Регион - Москва»

В ОЖИДАНИИ МЕДВЕДЕВА

Поскольку исход президентских выборов известен заранее, можно не тратя времени на перипетии соревнования сразу предаться размышлениям о том, что наступит после них. Общество с интересом разглядывает своего будущего президента. Надо отдать должное Кремлю, нас некоторое время готовили к появлению новой фигуры - Дмитрий Медведев в качестве возможного преемника Владимира Путина был назван больше года назад. То, что происходило потом, было своеобразной российской версией «праймериз». Соревнование между Дмитрием Медведевым и Сергеем Ивановым за пост официального наследника было не менее увлекательным и длительным, чем между Бараком Обамой и Хиллари Клинтон. Единственная разница в том, что за океаном к участию в выборах привлекают прессу и рядовых граждан, тогда как русские «праймериз» проходят тихо и закулисно, в коридорах бюрократических учреждений.

Результатом подобных различий является то, что в Америке будущий президент объявляет свою программу задолго до выборов, а потом, поселившись в Белом Доме, не выполняет её. Напротив, в России кандидат в президенты свою программу от публики всячески скрывает, а мы узнаем о ней уже после инаугурации - по мере её исполнения. Не знаю, какая система хуже, но твердо уверен, что наш вариант интереснее. Он оставляет нам почти безграничную возможность для догадок, прогнозов и предчувствий, за которыми непременно следуют сюрпризы (по большей части, неприятные, но не только).

Мы постоянно гадаем и ждем. Раньше мы пытались угадать имя будущего президента, теперь - его планы. Эксперты, политологи и журналисты пытаются из случайных слов и жестов будущего правителя понять, каков будет его курс. Кандидат в президенты не оставляет нас без пищи для воображения, делая туманные намеки на перемены, которые, возможно, произойдут в политической жизни. Но ни в коем случае не будут фундаментальными. Все эти недомолвки и полуобщеания очень напоминают ранние речи Михаила Горбачева. В воздухе что-то витает. Уж не ждет ли нас новая перестройка?

Удивительным образом у всех как-то сразу пропал интерес к Путину. Он вроде бы ещё президент, его нам прочат в премьер-министры, но внимание уже направлено в другую сторону. Все уже поняли: «план Путина», если он вообще существовал, состоял в том, чтобы передать власть Медведеву.

Между тем, ответа на вопрос о будущем курсе Медведева искать надо не в недомолвках почти-уже-нового-президента, а в биржевых сводках, сообщениях о курсе нефти и индексе розничных цен. Пока аналитики бьются над расшифровкой туманной фразы о политических переменах, правительство пытается остановить стремительное подорожание продовольствия и не понимает, что делать с инфляцией, вдруг вышедшей из-под контроля. Все различия между эпохой Путина и эпохой Медведева могут быть выражены в одной фразе: «Первый правил во времена тучных коров, а второму досталось время тощих коров».

17
{"b":"99632","o":1}