ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Стандартная ситуация: сначала администрация рабочий профсоюз не признает, предпочитая вести переговоры с органами ФНПР, что, по сути, равнозначно переговорам с самой собой. Проблемы накапливаются, никто их не решает. Когда же доходит до стачки, администрация готова разговаривать с альтернативным профсоюзом, но он уже не контролирует ситуацию.

Существующее законодательство делает забастовки практически невозможными, но подобные запреты эффективны лишь до тех пор, пока никто не решается их нарушать. Так и было вплоть до недавнего времени. Однако осенняя забастовка на «Форде» переломила ситуацию. С этого момента нарушения закона становятся настолько массовыми, что по существу он уже мертв.

Уголовного наказания за нарушение запретов пока не предусмотрено, а пугать рабочих административными мерами бессмысленно. Если кого-то увольняют после проведения стачки, то изгнанный с предприятия «смутьян» тут же находит себе новое место. Причем, как правило, лучше оплачиваемое. Квалифицированных рабочих кадров в стране хронически не хватает. А организаторами забастовок по большей части выступают именно квалифицированные работники. Во многих случаях менеджеры ограничиваются угрозами, но увольнять профсоюзных активистов не решаются. С другой стороны, хозяева предприятий, отчаявшись добиться успеха с помощью угроз и дисциплинарных мер, обращаются за помощью к милиции, прокуратуре, охранным агентствам, способным применить силу против бастующих. Неизбежное следствие - политизация и радикализация рабочего движения.

Трудовой кодекс, специально написанный для того, чтобы облегчить жизнь предпринимателям, сегодня оказывается неудобен даже для них. Зато он сыграл положительную роль, заставив рабочих лидеров осознать, что только эффективная и сплоченная организация способна добиваться успеха в условиях подобного законодательства. Жизнь в условиях нынешнего Трудового кодекса оказалась для них настоящей школой классовой борьбы.

В начале 2000-х годов этого не ожидали ни сторонники, ни противники нового Трудового кодекса. Но сегодня это осознали и те, и другие.

В условиях, когда репрессивные меры не срабатывают, бизнесмены начинают понимать, что лучше иметь дело со свободными профсоюзами, чем с «дикими» забастовками, не поддающимися контролю. И лучше столкнуться с организованной стачкой, нежели со стихийным бунтом. Вопрос уже не в том, будет ли пересмотрен Трудовой кодекс, а в том, как и когда это произойдет. Нравится это или нет Кремлю и Государственной Думе, но им придется считаться с новой реальностью рабочего движения.

Специально для «Евразийского Дома»

НА ПЕНСИЮ ХОТЯТ ТОЛЬКО В МОЛОДОСТИ

С возрастом это проходит, и трудиться до гроба намерена половина россиян, а после пятидесяти - почти 80 процентов

Работать до конца намерена почти половина россиян - 49%. И неважно, будет ли у них возможность в пенсионном возрасте безбедно отдыхать. Характерно, что чем старше человек, тем меньше у него желания сидеть без дела. Впрочем, от активного отдыха никто бы не отказался, но эту возможность имеет редкий российский пенсионер. Потому экономическую активность населения подогревает и желание выжить. Об этом свидетельствует новый соцопрос.

Специалисты исследовательского центра Superjob.ru провели опрос 3 тысяч экономически активных россиян старше 18 лет. Отвечали на вопрос, до какого возраста они хотели бы работать.

Достигнуть пенсионного возраста, а потом заслуженно отдыхать желали бы 36% россиян. Среди них мужчин - 35%, женщин - 38%. В возрасте от 19 до 49 лет эта позиция практически не меняется и составляет 37-38%. Не зависит она и от семейного положения: 37% семейных россиян и 36% холостых не желают работать после выхода на пенсию. Но после 50 лет желание уйти на покой уменьшается. Прекратить работу готов только 21% опрошенных, приближающихся к пенсионному возрасту.

«Работать - значит жить», - считают они.

Это мнение поддерживает 49% опрошенных, из них 52% мужчин и 45% женщин и, соответственно, 51% семейных и 47% одиноких россиян. Их них 68% - люди, приближающиеся к пенсионному возрасту или достигшие его.

Впрочем, есть несколько причин для работы в зрелом возрасте. Среди них немалую роль играет возможность общаться с людьми, приносить пользу обществу, развиваться.

«Мне 60, но я выгляжу моложе любой 40-летней, энергии побольше и опыт есть. Работать нам или не работать, мы должны определять сами. Подход к этому должен быть индивидуальным, возрастных ограничений в работе быть не должно», - делится врач из Красноярска.

Заместитель директора из Санкт-Петербурга в 38 лет считает, что работа делает человека свободным.

Немало и тех, кто просто любит свою работу.

«Тому, кто не работал на железной дороге, не понять! Это болезнь, романтика и много удовольствия. Для меня главное не деньги, а удовольствие - стук колес», - говорит проводник из Москвы.

Однако респондентов, затруднившихся с ответом, тоже немало - 15% опрошенных.

«Я не хочу работать уже сейчас. Так много интересного можно узнать и сделать, многому научиться и посмотреть, что на работу не хочется тратить время. Но, к сожалению, на все хорошее не хватает денег», - признается 40-летняя юрист из Санкт-Петербурга.

Мужчины в возрасте от 26 лет склоняются к мысли, что работать можно сколько угодно долго, но уже на себя.

«Речь идет не о заслуженном отдыхе, а об отсутствии необходимости работать на кого-либо, чтобы обеспечить себя и свою семью. С этой точки зрения, как только найду такую возможность - сразу прекращу свое добровольное рабство», - мечтает 37-летний ведущий инженер из Подмосковья.

В то же время опрос выяснил, что россияне считают работу после достижения пенсионного возраста единственной возможностью содержать себя.

«Не то чтобы мне хочется работать после пенсии, но в нашей стране при существующем размере пенсий без дополнительного заработка даже выживать будет весьма затруднительно», - пишет 40-летний заместитель начальника из Москвы.

Мало кто отказался бы заниматься на пенсии активным отдыхом, будь у них такая возможность.

«На пенсии очень хочется попутешествовать, заняться своими внуками, а также посвятить некоторое время своему любимому хобби», - признается руководитель липецкого рынка.

Ее мнение разделяет и 25-летняя специалист по PR из Калининграда.

«Конечно, если у людей на пенсии есть возможность посмотреть мир, заниматься спортом и своим здоровьем, то, безусловно, надо этим заниматься. Но в России, как мне кажется, пенсионер шагает в нищету, и на все вышесказанное нет ни денег, ни здоровья», - печально констатирует она.

Радужных надежд, что ситуация улучшится, россияне не питают.

«Сколько ни работай, впереди нищая старость да грошовая пенсия», - поясняет свое желание работать до конца главный энергетик из Тольятти в возрасте 49 лет.

Офис-менеджер 43 лет интересуется при этом, какую политику в отношении пенсионеров примет правительство, например, не решит ли отодвигать пенсионный возраст к 70 годам.

«Не смогу работать - сдохну», - лаконично комментирует результаты исследования 49-летний водитель из Москвы.

Директор Института глобализации и социальных движений (ИГСО) Борис Кагарлицкий уверен, что государство и предприниматели, по большому счету, заинтересованы в том, чтобы люди не уходили на пенсию как можно дольше.

«Государство не желает отпускать людей на пенсию. В стране не хватает квалифицированных кадров, и массовый уход специалистов на заслуженный отдых может породить негативные последствия для различных отраслей», - говорит он.

Подготовка новых кадров требует времени. Дипломированный выпускник вуза должен проработать несколько лет, чтобы приобрести нужную квалификацию.

Кроме того, для самих граждан вопрос пенсионного обеспечения стоит как нельзя более остро, соглашается Кагарлицкий. На пенсию прожить невозможно. Теперь россиянам предлагается система дополнительного пенсионного обеспечения, то есть они сами себе должны перечислять деньги на счет в пользу будущей старости.

72
{"b":"99632","o":1}