ЛитМир - Электронная Библиотека

Джейк злобно улыбнулся. Рената склонила набок голову и поглядела на него, понимая, о чем он думает, а потом похлопала Джейка по колену, предостерегая его:

– Джейк Вулф, я не лгу, я рассказываю сказки. Это большая разница.

Джейк засунул руку в корзину и передал Ренате ножку цыпленка. Она взяла ее, довольная, что злость почти ушла из его глаз. Потом он протянул руку, взял бисквит и также передал ей. Она взяла бисквит свободной рукой.

– Я положила туда тарелки, Джейк, – сказала она со смехом, когда он попытался дать ей еще один кусочек цыпленка.

Джейк положил руку ей на живот. И даже через складки платья она почувствовала тепло его руки, какие-то волны пробежали по ее телу. Ее улыбка медленно угасла от его прикосновения.

– Ты же ешь за двоих, не забывай, – напомнил он ей с полуулыбкой, продолжая держать руку на ее животе.

– Джейк, не надо бы тебе этого делать, – громким шепотом сказала она. – Люди же смотрят.

Джейк медленно убрал руку, лениво провел пальцами по тонкой ткани ее платья. Рената почувствовала, как ее бросило в дрожь. Что-то такое было между ними, какая-то освобождающаяся энергия, которую становилось все труднее и труднее сдерживать.

ГЛАВА 13

Рената заканчивала готовить яблочный пирог, защепляя края коржа и обрезая лишние кусочки теста быстрыми движениями кухонного ножа. Из нее получилась хорошая кулинарка, она почувствовала себя уже достаточно уверенной, чтобы импровизировать с рецептами из кулинарной книги Мелани. Теплые ароматы с примесью трав и специй приятно успокаивали, и она испытывала удовлетворение от того, что впервые в жизни что-то создавала сама, пусть даже это был простой яблочный пирог.

Ее рука почти прошла, но она продолжала носить ситцевую повязку и позволяла Джейку расчесывать по вечерам ее волосы и заплетать их в косу. Она могла легко справиться с этим сама – она была в этом уверена, – но ей нравился этот ритуал и не хотелось расставаться с ним. В эти моменты она чувствовала наибольшую близость к Джейку, хотя он всегда молчал, сидя сзади нее на ковре, а его ловкие пальцы пробегали по ее волосам.

Джейк стал более задумчивым после их неудачной воскресной поездки в Серебряную Долину, а Рената была потрясена открытием, что чуждая Джейку семья жила неподалеку… и что у него были сестры. Мелани говорила, что отец Джейка был владельцем ранчо, но не сказала, что он живет так близко от Серебряной Долины.

Это были три самых долгих тихих дня в ее жизни. Даже когда Джейк был дома, он ничего не говорил и не обращал внимания на болтовню Ренаты. Она понимала, что мысли его где-то далеко, и она не могла ничего сделать, чтобы вернуть его к реальности.

Видимо, все дело было в сестрах. Если бы Джейк смог найти общий язык со своей семьей или хотя бы только с девочками, он не был бы так одинок, и Рената, перестав заботиться о нем, могла бы уехать в Техас. Ей всегда было так легко со своей сестрой. Вот если бы только Джейк смог найти такое же утешение в своей семье. Она решила, что воссоединить его с семьей будет гораздо легче, чем найти для него новую жену. Эта перспектива оказывалась куда сложнее.

Рената, нахмурившись, поставила пирог в печь. Все становилось слишком запутанно. Ее исконный план был таким простым: найти владельца ранчо, подобного Габриэлю, влюбиться в него до безумия с первого взгляда, выйти замуж и жить счастливо, как в сказке. План казался совершенно логичным, когда она вышла из дилижанса и нога ее коснулась пыльной улицы Серебряной Долины. Теперь же, чем больше она о нем думала, тем больше план ее казался детским и нереальным.

Тяжело вздохнув, Рената поняла, что ей надо уезжать из Серебряной Долины и начать все с начала. В Техасе ее планы опять смогут стать реальными.

Она выглянула в окно, надеясь увидеть, как Джейк возвращается домой на своем устрашающе огромном черном жеребце. Но, разумеется, его нигде не было видно. Он чуть ли не избегает ее с прошлого воскресенья. Может, он сожалеет, что рассказал ей, что эта женщина – его мачеха, жена его отца, а девушки – сводные сестры? Может, Джейк хотел держаться на расстоянии от всех, и даже от нее? Она понимала, что размолвка между ними и холодная отчужденность были необходимы, и все же почему-то не хотела этого.

Джейк сложил купленные товары на прилавок Донни Бойля, как всегда молчаливый и хмурый. Дженни Бойль складывала только что прибывшую партию ткани рядом с лентами и кружевами на другой прилавок в глубине магазина. Раз или два взгляд Джейка оказывался на том столе. Он никогда раньше этого не замечал, ни разу за все время, что приходил в большой магазин Бойлей. Конечно, товар всегда был там: просто он никогда его не замечал. Он поймал себя на том, что прикидывает, какой из тех товаров приглянулся бы Ренате. Какой ее любимый цвет? Понравились бы ей шелковистые ленты или воздушные кружева? Он покачал головой и сосредоточил внимание на товарах, что были у него в руках. На прилавке уже лежали несколько банок консервов, и он добавил еще разных дешевых конфет, немного чаю, кофе и сушеных яблок.

Джейк не обращал внимания на то, как на него таращились, пока он выкладывал покупки на прилавок хозяина магазина. Когда он направился к другому прилавку, зеваки отошли прочь. Он привык к испуганным взглядам, стремительному шелесту юбок убегавших от него горожанок, привык к тому, что люди опускали глаза, когда случайно натыкались на его взгляд.

Он увидел, как в магазин забрел Кенни Мейлз с унылой полуусмешкой на лице, в заломленной назад шляпе. Кенни рассматривал табак, но взгляд его то и дело возвращался к Джейку. Светлые волосы и голубые глаза ковбоя придавали ему ангельский вид, но блеск в глазах намекал на его дьявольский характер.

Джейк, как всегда, старался не обращать внимания на Кенни. Он кивком дал понять Донни Бойлю, что закончил, и Бойль начал подсчитывать покупки. Джейк слышал медленный топот башмаков Кенни Мейлза. Это были какие-то зловещие звуки: казалось, Что Мейлз преследует Джейка.

– Ну как тебе женатая жизнь, Вулф? – тихо спросил Кенни, приблизив лицо к плечу Джейка так близко, чтобы тот почувствовал неудобство.

Джейк проигнорировал вопрос, но спина его напряглась.

– Твоя жена – такая миленькая малышка, – продолжал поддразнивать Кенни. – Как ей нравится, что, приехав в Серебряную Долину, она попалась в сети к проклятому язычнику?

Джейк изо всех сил старался стоять спиной к Мейлзу. Этот пастух хочет ввязаться в драку, и это уже не в первый раз. Джейк вообще не пользовался симпатией, но Кенни, похоже, ненавидел его больше остальных и был готов подраться с ним, даже если сам получит несколько хороших зуботычин. Конечный результат будет всегда одним и тем же: Кенни отправится на ранчо Саммерсов с предписанием шерифа, а Джейк проведет от одной ночи до недели в тюрьме. Он не может позволить, чтобы это произошло сейчас, хотя он прекрасно понимал, что именно на это Кенни и рассчитывал. Рената останется дома одна.

Кенни осмотрел лежавшие на прилавке покупки и заметил леденцы.

– А миссис, оказывается, сладкоежка?

Джейк начинал терять терпение. Обычно его легко можно было вывести из себя.

– А что еще она любит, Джейк? – злобно глядя на него, спросил Кенни. – Держу пари, я точно знаю, что она любит.

Джейк почувствовал, как внутри него закипает ярость, которая опасно рвется наружу. Все мышцы его тела были напряжены. Он следил за каждым движением Кенни, от него не укрылось, как Бойль смотрит на них обоих, он заметил и внезапную тишину в магазине. Покупатели замерли, прислушиваясь к оскорбительным словам Кенни.

– Если бы я знал, какая она легкая на подъем, я бы…

Кулак Джейка просвистел так быстро, что Мейлз не заметил его… пока тот не обрушился на его лицо, рассекая ему губу. И пока он очухался, Джейк развернулся и принялся молотить кулаками по его физиономии, а Кенни в ответ лишь слабо отбивался. Джейк был в такой ярости, что все попытки Мейлза нанести ответный удар были тщетны.

25
{"b":"99665","o":1}