ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Неожиданно «бегунцам» улыбнулась удача – Александр споткнулся о тело убитого им «соискателя», потерял равновесие…. Вдобавок «метатель боло» удачно попал каменюкой по раненной ноге звездного рекрута. Сашка охнул, оступился, стал заваливаться назад….

Кромосяне бросились на него, как свора голодных волков – на раненного оленя.

Однако землянин успел каким-то чудом увернуться – правда, в самый последний момент. Нож одного их аборигенов пропорол ему бок, глубоко вошел в землю. Человек соскочил с земли, разрывая собственное тело…. Наотмашь ударил ножом по горлу одного, затем – второго.

Успел увернулся от размашистого удара клинком – в свою; ударом в сердце «проводил в последний путь» третьего «бегунца». Где-то за спиной пронзительно закричала Маяла. Сашка оглянулся на звук, бросился в сторону девушки. Он едва не опоздал.

В центре площадки, периметр которой густо был усеян трупами «соискателей» навзничь лежала молодая мама. Она был ранена в плечо и отбивалась только одной рукой.

Ибо другой она прижимала к себе испачканный сверток – малыша, который отзывался на все происходящее громким плачем.

Над девушкой нависал чужак. Он замахнулся на Маялу, ударил её ножом по руке, потом кулаком – по лицу. Девушка откинулась на камни, потеряла сознание.

Кромосянец выхватил из её ослабевших рук ребенка, вывесил его на руке, замахнулся оружием…

– Не-ет! – заорал Заречнев, в затяжном прыжке вперед выхватывая драгоценный сверток из рук изувера. Он пролетел дальше, основательно приложился головой о камень, но ребенка из рук не выпустил.

Нокдаун после контакта с булыжником длился недолго – секунды три-четыре. Однако этого отрезка времени «соискателю» хватило ля того, чтобы настичь землянина. Он подбежал к нему, замахнулся огромным боевым ножом. Сашка попробовал вскочить.

Ноги не слушались. Он быстро охватил взглядом все ближайшее пространство, надеясь отыскать нож, выпавший из руки поле удара он камень. Пусто.

Тогда он повернулся на бок, закрыл собой младенца, выставил вперед и вверх руку в тщетной надеже сохранить жизнь хотя бы малышу. Кромосян ощерился, ударил землянина тесаком по руке. Александр закричал от жуткой боли. Перебитое предплечье повисло как плеть. «Соискатель» замахнулся снова.

От очередного удара предплечье левой руки отделилось от тела, отлетело в сторону, из раны хлынула кровь. Сашка снова закричал.

Но кромосянин и не думал отступать. Непонятно почему, но он решил любой ценой довершить начатое, добраться до малыша.

Заречнев откатился назад, практически лег на мальчишку, заслоняя его ударов кинжалом.

«Если он мне и вторую руку отрубит, чем же я тогда буду защищаться-то»? – более нелепой мысли в такой момент в голову прийти не могло. Кромосянин снова поднял над своей головой свое ужасное оружие. Человек закрыл глаза….

И потому не видел, как порывом ветра пробило брешь в плотной завеси искусственного дыма. Крики «непутевого» слышали все, но первой, кто увидел, что на самом деле происходит в центре площадки, была Дита.

«Не успею»! – подумала элойка. Её взгляд забегал вокруг в поисках оружия. Неожиданно она заметила стреломет драка.

Дита шагнула, подняла огромный лук рептилии, вынула стрелу из колчана, лежавшего на земле, рядом….

Заскрипела тетива, натянуть которую мог бы только очень сильный и опытный лучник. Бессмертная положила огромный дротик на лук, потянула струну на себя.

В трех десятках метров от неё абориген уже занес над своей головой увесистый тесак, намереваясь одним, последним ударом прикончить настырного пришельца, все еще защищавшего от него крохотный плачущий сверток…. …Удара не было.

Сашка открыл глаза, заметил, как на него валится «соискатель» из головы которого торчит огромная Ар'раххова стрела.

Он покрутил головой, разыскивая друга. Зеленого верзилы нигде не было видно. Сашка не увидел, как где-то в серой мгле «тумана» опускает тетивник его друга Дита. И потерял сознание….

– Кажется, очнулся!

Голос принадлежал Дягилеву. Заречнев разлепил веки. Старший офицер нависал над ним; в его руке виднелся сплющенный тюбик-шприц. Видимо, это он сделал укол, вернувший Александру сознание.

Евгений отошел куда-то за спину увечного товарища. Сашка скосил глаза на культю левой руки. Рука ниже локтя была плотно перевязана чьим-то кожаным шнурком.

Человек неожиданно подумал, что ни разу не видел таких ни у кого из своих друзей по Звездной Академии. Он приподнял голову, присмотрелся почему-то именно к ногам Верховного Служителя.

Одна из завязок на его обуви отсутствовала, а обе его руки были в крови. Властелин Южной Империи заметил его взгляд, ободряюще улыбнулся увечному «матросу».

– Слушай мою команду! – раздался голос Диты. – Хотим мы этого, или – нет, но доиграть в эту «игру» под названием Большие Бега нам придется.

Мы не знаем, по какому сценарию здесь все происходит. Но видим, что он, этот сценарий – есть, или он постоянно меняется по причинам, которые нам неизвестны.

Перед началом состязаний нам было объявлено, что в живых останется только та команда, которая захватит скалу в центре этого места.

Как видите, мы – выжили. Не без потерь, но живы пока все. Поэтому, коль уж мы попали в ситуацию, что вынуждены «играть» по чужим правилам, пройдем этот путь до конца!

– Будем штурмовать «перья»? – угрюмо поинтересовался Юрий. «Шкафообразному» землянину повезло меньше других. Его могучее тело украшали десятки порезов, из которых, к счастью, не было ни одного глубокого.

– Нет! Штурмовать – точно не будем! – мгновенно ответила Дита. – Мы прекрасно знаем, как устроена эта естественная крепость! Ребята разведали, постарались!

– Тогда какое предложение? – крепыш Евгений пострадал меньше Юрия. Но и у него только «на честном слове» висел на бедре окровавленный кусок собственной мышцы. Ткань уже не кровоточила, но ощутимо стесняла движение Тимофееву, при каждом его шаге.

– Маша заберется по скале, пока мы будем отвлекать тех, кто засел наверху. Их там осталось немного – трое, или – четверо.

– Тогда вообще какой смысл рисковать? Скоро – закат. После захода Лакуса Бега прекращаются!

– Вот именно! После заката те, кто закрепился на вершине скалы, будут объявлены победителями. Соответственно, мы – проигравшими. А проигравших здесь, как таковых, нет. Зато есть убитые, которые не смогли выполнить главное условие состязаний – занять центральную скалу!

– Сколько осталось до захода?

– Четверть часа, не больше!

– Тогда, что? Вперед на мины, за орденами?

– Постойте! – неожиданно сказал старший офицер. – Незачем лезть напролом! Есть другой способ!

– Что ты имеешь в виду? – оборвала его бессмертная. – Если есть что сказать, говори быстрее! Времени – нет!

– Вон там, мужик искал что-то в сумке у убитого. Наверное, патроны. Или эти… «Вонючки»…. Я хотел сказать – дымовые гранаты. Если закидать «вонючками» макушку скалы, «работать будет легче.

Элойка на секунду замерла, оценивая предложение старшего офицера, кивнула головой, разрешая обшарить сумки ближайших к инопланетникам убитых «бегунцов». «Дымовушек» обнаружилось четыре.

– Це добре! – довольно крякнул Демьян, взвешивая на руке один из снарядов. – Прикройте меня! Я тогда им все четыре в «гнездо» положу! Прикрывать двинулся Ар'рахх.

Все тело драка было в коричневых пятнах – «синяках» и оранжевых подтеках крови. Но на ногах зеленый верзила стоял твердо. И рука у него не дрогнула, когда он поднял вверх свой тетивник и положил на него свою стрелу….

… Пока «соискатели» вяло обстреливали двоих самых больших пришельцев (чувствовалось, что в душе они уже праздновали свою победу), богомолка с непостижимой для людей ловкостью и скоростью взобралась наверх по дальнему краю каменных «перьев».

Демьян забросил в «гнездо» уже две гранаты, одна из которых, впрочем, не взорвалась; намеревался «угостить дымком» кромосян еще, когда Маша достигла вожделенной высоты.

Снизу, с расстояния в двадцать метров, сложно было понять, что именно происходит в каменной выемке «гнезда» на вершине скалы. Криков или воплей слышно не было.

73
{"b":"99680","o":1}