ЛитМир - Электронная Библиотека

– Нищему меди отсыпь. Семь дней будет есть и пить. Но дай ему злата навалом. И сразу же станет мало.

Порой его странные аллегории выглядели очень забавно. Ти-Бон мог поклясться, что Архивариус не только понимает общепринятый язык, но и вполне может на нем разговаривать.

Впрочем, кому они нужны, клятвы ИскИна?

– К чему это ты сказал?

– Каждый должен знать то, что знает, убийца. Таков смысл.

С самой первой минуты общения Архивариус называл его убийцей. Причем вкладывал в это понятие нечто больше, чем «тот, кто убивает людей».

– Они готовы заплатить тебе. Или же оказать какие-то услуги. Подумай.

– Предложи мне больше того, что я хочу, убийца. – Архивариус шумно вздохнул. – Сможешь потушить солнце одним плевком?

– Смогу. Я слышал про этот фокус со свечкой и переносом сознания.

– Тогда пусть птицы летают, как прежде. Будет только два пути, и выбирать будут твои хозяева.

Ти-Бон удовлетворенно кивнул. Удовлетворенно – потому что ему удалось договориться. Пусть еще не все улажено и обговорено, но Архивариус согласился… пусть не на сотрудничество, пусть это, так сказать, разовая сделка, но ведь согласился.

Впрочем, раз пророк пришел сюда, значит, уже заранее был согласен.

Им так и не удалось выяснить, откуда он взялся. Личность не установлена, те крохи информации вроде ДНК или отпечатков пальцев ничего не дали. Появился из ниоткуда несколько лет назад. Жил себе как добрый сумасшедший, пока не начал исполнять трюки, подобно сетевым оракулам и религиозным проповедникам.

– Тебя ищут какие-то сектанты… если тебе нужна помощь или прикрытие…

Не нужно ему никакого прикрытия. Он сам себе надежное прикрытие.

– Не беспокойся за них, наемник, их знаки уже начертаны в воздухе.

– Тобой?

– Они знают как, а я знаю когда. Надо только дождаться единения времени и пространства. А пока все в руках Бога.

– Ты веришь в Бога? – удивленно спросил Ти-Бон.

– Я верю Богу. – Архивариус поднялся с места, провел рукой по бороде. – Не спеши с делами, подумай сначала о словах. Потерял брата – нашел друга. Потерял друга – стал первым. Скоро все закончится.

– Как?

– Это не главное, убийца. Главное – знать почему.

– И ты знаешь?

– Я – сознательно допущенная ошибка, и у меня нет выбора. – Архивариус замолчал, к чему-то прислушался. – Не ищи ответы в начале, они всегда будут в конце.

Он отдернул полог, скрывающий нишу от посторонних взглядов.

– Архи! – окликнул его Ти-Бон. – ИскИны после смерти в рай попадают или в ад?

И добавил, видя, что Архивариус не готов к однозначному ответу:

– Ты пробей там, наверху. Очень хочется узнать.

Архивариус задумался на несколько секунд и, не ответив, исчез.

* * *

– Блиц-опрос, проведенный нашими статистиками на улицах города, показал, что люди неоднозначно относятся к развитию нанотехнологий, в частности к повсеместному засилью так называемых импов. Наши эксперты оценили эту проблему как наиболее острую, и сейчас мы приводим результаты опроса, а вы можете связаться с нами в прямом эфире и высказать свою личную точку зрения. Итак, двадцать два процента признались, что их не интересует эта проблема. Шестнадцать процентов выбрали второй вариант ответа, сознавшись, что поставили или собираются поставить себе различного рода лицензированные имплантанты. Три процента оказались приверженцами неоалбанского стиля и ответили в соответствии со своими традициями. А теперь – внимание! Посмотрите на экран, наши дорогие зрители! Вы видите цифру пятьдесят восемь? Это именно те люди, которые негативно высказывались в отношении нанотехнологии как науки. Не переключайте ваш канал, потому что именно здесь и сейчас мы готовы выслушать в прямом эфире ваши мнения. И у нас первый человек, который уже хочет нам что-то сказать. Алло, говорите! Вы в прямом эфире!

– Вы свои проценты правильно посчитали?

– Да, конечно. А почему вы спрашиваете? Считаете нашу информацию неправильной?

– Калькулятор купи, дебил! Куда вы один процент…

– Звонок, к сожалению, оборвался, но на нашей линии новый участник дискуссии. Итак, кто вы и откуда?

– Превед учаснегам! Аффтар, убей сибя ап…

– К сожалению, наш второй уча… звонивший, так же выпал из эфира…

Бьянка снова была со своим вероятным продюсером. На этот раз его правая рука покоилась в шинах, что не мешало левой ловко орудовать палочками. Суши – соевый соус – имбирь, суши – соевый соус – имбирь. И что-то объясняет Бьянке, а та слушает и старательно изображает на своем лице целую гамму эмоций.

Впервые за весь вечер на ее лице появилось настоящее, искреннее удивление, когда стул отодвинулся и к ним за стол уселся Стас.

Продюсер поперхнулся и перестал жевать.

А Бьянка смотрела на Стаса и не могла понять, что произошло. Он стал другим – это точно, – но что в нем изменилось, она сказать не могла.

– Как рука? – как ни в чем не бывало поинтересовался Стас.

– Все в порядке, – кивнула недавняя жертва. – А ты…

– Дай нам пару минут поговорить, – попросил Стас, глядя ему в глаза. – Плиз.

Бьянка начала было подниматься, но продюсер жестом усадил ее обратно и поднялся сам.

– Я как раз хотел сходить… туда.

Вышел из-за стола и спокойным шагом направился в сторону туалетной комнаты.

Стас посмотрел на Бьянку.

– Ты поставил себе имплантанты? – спросила та.

Парень покачал головой:

– Нет.

– Сергей сказал, что у тебя стоят имплантанты, поэтому ты…

– Уже ничего нет, – сказал Стас. – Это было что-то вроде эксперимента, но все закончилось. Я снова обычный человек, ничем не отличаюсь от тебя… или Сергея. Он твой друг?

Последний вопрос Бьянка проигнорировала.

– Зачем ты пришел?

– Мне надо уезжать.

– Куда?

Стас не ответил. Налил в бокал минеральной воды, сделал небольшой глоток и посмотрел Бьянке в глаза.

– Поехали со мной.

– Куда?

– Куда-нибудь. Куда хочешь. У меня есть деньги, немного, но на первое время хватит, – с жаром начал говорить Стас. – Уедем отсюда, будем вместе…

– Остановись! – прервала его Бьянка. – Я не хочу никуда ехать, Стас. То, что было… – Она запнулась. – То, что было между нами тогда, в клубе, не означает, что я…

– Я просто хочу, чтобы ты была рядом.

– А что хочу я, тебя не интересует?

– А что ты хочешь?

Теперь Бьянка не стала отвечать на вопрос. Вытащила из пачки длинную тонкую сигарету, закурила и отвернулась в сторону.

– Бьянка…

– Уезжай, Стас.

Зачем он сюда пришел? Все и так ясно, было ясно еще давно. Надежда умирает последней? Вот она и сдохла здесь, прямо за этим столом.

Парень резким движением поднялся, двинул стул в сторону. Бьянка вздрогнула, но даже не повернулась.

– Ладно, – хрипло сказал Стас. – Тогда пока… и удачи тебе.

– Тебе тоже удачи. – Она все еще смотрела в сторону.

Все стало предельно ясно и понятно, прокатилась волна спокойствия и сменилась какой-то холодной радостью. Словно он ждал именно такого ответа, хотел услышать именно эти слова.

Он хотел еще что-то добавить, но вдруг почувствовал невероятное облегчение. Почувствовал ощущение свободы и чуть было не засмеялся Бьянке в лицо. Сдержался, молча повернулся и пошел в сторону выхода, даже себе не признаваясь в том, что где-то в глубине души все-таки ждет, что она его окликнет. Ждет – уже не для того, чтобы повернуться, а для того, чтобы не обратить на ее оклик никакого внимания и выйти победителем.

Не окликнула.

Возле выхода заметил Сергея-гея – тот, завидев Стаса, подозрительно резво юркнул за перегородку, разделявшую залы.

Сразу же возникло чувство тревоги. Обратил внимание на местных охранников-вышибал, внимательно следящих за ним, обратил внимание на администратора, держащего руку за пазухой; дверь открылась, и в холл заведения не вошли, а ворвались четверо, и у Стаса, встретившегося с одним из них взглядом, уже не оставалось никаких сомнений – пришли за ним.

61
{"b":"99692","o":1}