ЛитМир - Электронная Библиотека

Снова поднимаемся в квартиру, и, пока мисс Грей готовит необходимые вещи, я на всякий случай перетаскиваю Марка вместе с креслом в кладовую и запираю там.

Чуть позднее мы уже мчимся на метро в Челси.

А еще через некоторое время, оставив Линду вместе с архитекторшей в момент неизбежных и радостных восклицаний, снова спускаюсь в метро, нахожу свободную телефонную кабину и набираю номер:

— Мистер Мортон?.. Это Питер…

— А, Питер… — слышу в трубке басовитый голос, не выражающий ни удовольствия, ни удивления.

— Я хотел бы встретиться с вами на несколько минут. И если можно — сейчас же.

— Так спешно?

— Да, мистер Мортон.

— Тогда приезжайте!

Что я и делаю, хотя и не столь стремительно, поскольку логика подземного метро требует пересадки на другую линию. Так или иначе, в час, когда все те, кому не надо заботиться о куске хлеба, забываются на диване в легкой послеобеденной дреме, я звоню в дверь американца и спустя несколько секунд оказываюсь лицом к лицу с гориллой в полосатой жилетке. Домашнее животное, очевидно, информировано о моем визите и без лишних вопросов провожает меня в коридор, а оттуда в знакомый кабинет.

— Сожалею, что я помешал вашему отдыху, но события с недавних пор развиваются в ускоренном темпе, о чем я должен вас информировать.

— Хорошо, хорошо, — кивает спокойно, чтобы не сказать — сонно, Мортон, который, как я и ожидал, восседает за письменным столом, а не на диване. — Оставьте этот официальный тон, садитесь и рассказывайте

Начинаю с конца, то есть с покушения на Линду и участи Марка.

— Это, если не ошибаюсь, тот человек, который ликвидировал Ларкина? — спрашивает хозяин.

— Тот самый.

— В таком случае можете не беспокоиться, мы о нем позаботимся. Напишите только на листочке точный адрес.

Выполняю распоряжение. Хозяин берет листок, приоткрывает дверь и подает его лакею, прошептав что-то.

— Считайте этот вопрос решенным и переходите к другому, — произносит Мортон, взяв сигару из ящичка на столике и опускаясь на диван.

Возвращаюсь к событиям предыдущего вечера.

— Вчера Дрейк приказал мне написать открытки, что я и сделал.

— Содержание?

— «Фрина», 23 октября, Варна.

— А размер партии?

— Пятнадцать килограммов героина.

Мортон слегка присвистывает в знак приятного изумления:

— Значит, старый дурак наконец переборол свою нерешительность!.

— Он считает, что необходимо на полную катушку использовать канал, пока не вмешалось ЦРУ.

— Э-э, вечная история: люди соображают, что надо спешить, когда уже поздно.

— После этой посылки Дрейк намерен сделать длительный перерыв, прежде чем вновь использовать канал.

— Это уже проекты мира иного, — небрежно машет рукой Мортон. — Скажите лучше, когда приблизительно, по-вашему, можно ждать партию в Вене.

— Приблизительно через две недели. Или чуть позднее. Это зависит от маршрута баржи.

У меня такое чувство, что несколькими фразами я дал ему всю необходимую информацию, так что он может меня тут же ликвидировать, ничего не теряя

О прибытии товара Вена своевременно будет информирована, и так же своевременно Вена информирует Дрейка или того, кто его заменит. С этого момента все может совершиться без помощи Питера. Так что пусть Питер идет к черту. Ведь Дрейк и на том свете будет нуждаться в секретаре.

— Я думаю, все в порядке, — слышу басовитый голос хозяина.

Он блаженно посасывает сигару и рассеянно созерцает большое зеленоватое зеркало над камином. Ничего удивительного, если именно в этот момент он решает мою судьбу.

— Будет ли все в порядке, скоро увидим, мистер Мортон, — позволяю себе заметить.

— Что вы имеете в виду?

— То, что у Дрейка стремление перебороть нерешительность, как вы выражаетесь, граничит с легкомыслием.

— А что мы теряем от его легкомыслия? — смотрит на меня с недоумением Мортон.

— Ничего, кроме того, что посылка может не прибыть к месту назначения.

— Почему? Ну, говорите! Не заставляйте меня вытягивать из вас.

— Эта «Фрина», сэр, всего-навсего маленькая греческая посудина, в корпусе которой очень трудно скрыть товар. А ко всему прочему товар на этот раз очень объемист. Потому что пятнадцать килограммов героина, как бы они ни были хорошо спрессованы, не мелочь. Ничего удивительного, если пограничный катер заметит товар прежде, чем мои люди доберутся до него.

— Неужели Дрейк не сообразил этого?

— Что он понимает в морском деле!.. Он знает только одно — нужно торопиться! И торопится.

— А почему вы его не разубедили?

— Потому что вы тоже торопитесь. И указания, которые я получил от вас, имели тот же смысл: действовать без промедления.

— Формально вы правы, — произносит Мортон. — Но лишь формально. Потому что мы имели в виду разумное действие, а не провал.

— Я вовсе не считаю, что провал неизбежен. Операция имеет немало шансов на успех. Просто я считаю своим долгом уведомить вас о рискованности предприятия.

— Конечно, конечно, — примирительно произносит хозяин, вновь вперив взор в неподвижный зеленоватый омут зеркала.

Некоторое время он молча курит. Потом, как будто вспомнив о моем присутствии, спрашивает:

— Скажите, мистер Питер: а в случае, если эта операция провалится, вы могли бы подготовить новую?

— Разумеется.

— И более надежную, чем эта?

— Разумеется. Группа моих людей существует и при необходимости может пополниться. Я располагаю адресами, предлагаю пароль, пишу открытки. Вам необходимо только доставить груз в болгарский порт и получить в Вене.

— А каковы точно эти адреса? И пароль? — спрашивает с дружеской непринужденностью Мортон.

— А каким точно образом вы хотите меня ликвидировать? — спрашиваю я с той же непринужденностью. — При помощи пистолета или холодного оружия?

— Вы слишком недоверчивы, Питер, — говорит с легким вздохом хозяин. — Я не отрицаю, что в разумных дозах недоверие может быть полезным. Но ваша доза далеко превышает разумный предел. Кажется, я уже объяснил вам, что у нас сейчас экзамен Я бы даже сказал, что вы можете успешно его выдержать. И в том случае, если вы выполните свою задачу, я исполню свое обещание: возьму вас на постоянную и ответственную работу. Мы, как и каждый институт, нуждаемся в хороших сотрудниках, мистер Питер. Неужели вы думаете, что мы настолько глупы, чтобы использовать лишь один раз человека, которого могли бы с успехом использовать долгие годы?

— Мне хотелось бы вам верить, — произношу я кротко. — Однако, чтобы я мог вам верить, и вы должны мне помочь. Если вы думаете использовать меня долго, почему тогда стремитесь незамедлительно выжать из меня всю информацию, включая и такие мелочи, как пароль и адреса?

— Ну, хорошо, — великодушно машет сигарой хозяин. — Я не настаиваю. Пока эти подробности мне действительно не нужны Храните их как маленькую гарантию того, что мы не захотим от вас избавиться.

— Даже если бы вы задумали это, Дрейк вас опередит.

— Не бойтесь, — успокаивает меня хозяин — Дрейк едва ли вас убьет. По той единственной причине, что ему не хватит времени. Главное, что сейчас от вас требуется и что вас сохранит от опасности, это понимание того, что вам нельзя возвращаться на ту улицу в Сохо. Держитесь до особых распоряжений подальше от Дрейк-стрит, и я гарантирую вам долгую жизнь… Во всяком случае, более долгую, чем у бывшего вашего шефа.

* * *

«Держитесь подальше от Дрейк-стрит». Голос Мортона звучит как голос разумной осторожности. Но что делать, если иногда звучат и другие голоса?

Как раз тогда, когда я должен был бы находиться дальше от Дрейк-стрит, меня понесло именно на эту мрачную улицу, особенно мрачную в этот дождливый понедельник и в этот послеобеденный час, когда уже начинают сгущаться сумерки. И не только на улицу, но даже в темный подъезд штаб-квартиры.

— А-а, Питер! — приветливо восклицает шеф, поднимаясь из-за стола, чтобы подойти поближе ко мне и, главное, к передвижному бару. — Только что думал послать Ала за вами. Я уже начал скучать о вас. Садитесь. Ну, как мисс Грей?

36
{"b":"99701","o":1}