ЛитМир - Электронная Библиотека

Глава одиннадцатая

Заперев незванных гостей в темном чулане, Ягуся – так звали носатую девицу в цветастом сарафане – вернулась в горницу и легла на любимый топчан. Взяла в руки книгу о похождениях славного рыцаря Арчибальда, но через минуту оставила чтение. Что-то неясное и смутное нарушило вдруг ее покой и мешало теперь с удовольствием предаваться мечтаниям.

– И че это со мной? – подумала с тревогой Ягуся, приподнимаясь с подушек. – Съела что-нибудь не то али сделала че не так?

Но вспомнив, что с вечера маковой росинки в рот не брала, она чуть-чуть успокоилась.

– Наверное, из-за девчонок этих переживаю… Жалко, видать… – Ягуся подошла к окну, раздернула ситцевые занавески, распахнула ставни. Сладкий липовый дух потек волной в избу, дурманя голову. – Отпустить, что ли? Еще глупых девчонок не ела… Неделю без мясного жили – еще потерпим…

Ягуся взяла со стола наливное яблочко, лениво куснула. Яблочко оказалось кислым, хотя бока его заманчиво алели. Подумалось вдруг: – А ведь от коварства не всегда выгода бывает… Иной раз обманешь кого, а потом у самой душа изболится… Уж лучше бы и не коварничала!

Ягуся хотела было идти обратно в сени, чтобы выпустить поскорее несчастных девчушек из мрачной западни, но в этот момент неподалеку рассыпалось сердитое стрекотанье сороки, и дочка Бабы Яги поняла, что это возвращается ее матушка.

– Эх, не успела!.. Все одно человеческий дух учует и по следам нагонит!

Ягуся захлопнула ставни и юркнула в постель. Вскоре до ее слуха донеслись удивленные и одновременно рассерженные возгласы маменьки: «Да что же это деется, родненькие?! Избушку к лесу задом поворотили да так и оставили!.. А на крылечке-то наследили!.. Да кто же это тут похозяйничал?!»

К визгливому голосу Бабы Яги присоединился еще чей-то спокойный и хрипловатый, в котором Ягуся быстро признала голос тетки Болотихи – местный лекарихи-ведуньи.

– Детишки, видать, к тебе заявились, кума, – говорила Болотиха, пытаясь успокоить шумную соседку. – Следы на крыльце манюсенькие, ребятишковые. В избу, гляди, ведут, а из избы – нет.

– Ну, ежели они там!.. Ну, я тогда!.. – Баба Яга торопливо взбежала по ступенькам, распахнула дверь в сенцы и, потянув носом воздух, сразу учуяла сидящих в чулане Маришку и Уморушку.

– Тут они, кума! – радостно доложила она Болотихе. – Взаперти сидят, участи своей дожидаются!

– Вас дожидаемся! – откликнулась из чулана Маришка. – Что за безобразие – обманом детей запирать!

– Обманом? – переспросила удивленная Баба Яга. И догадавшись, кто был этим обманщиком, весело рассмеялась: – Ах, доченька!.. Ну, молодец!.. – и, не обращая никакого внимания на крики и стук из чулана, провела в избу соседку-лекариху и прошла за ней сама.

Ягуся лежала на топчане, старательно притворяясь спящей, и когда в горницу заглянули любопытные глазки родимой матушки и тетки Болотихи, она даже не шевельнулась и не проронила ни звука.

– Ну, здравствуй, касатушка, – поздоровалась первой лекариха.

Ягуся сладко зевнула и повернулась на бок.

– Молчит… – вздохнула Баба Яга. – Целый день лежит и молчит…

– Уже хорошо: бреда нет, – важно сказала Болотиха, прошла в горницу и села на топчан рядом с Ягусей. – Температуру мерили? – строго спросила у Яги, прошлепавшей за нею следом.

– Нет… – растерянно ответила несчастная мамаша.

– И не надо. Бестолковое занятие!

– Почему? – удивилась Яга.

– Скачет она у больных. То такая, то эдакая. Вот выздоровеет Ягуся, тогда и померяем. – Болотиха снова строго взглянула на Бабу Ягу: – Лягушку на голову клали?

– Нет…

– Зря, очень помогает. Пульс есть? По глазам больной вижу, что есть. Ну-с, приступим… Открой, Ягуся, рот…

Чувствуя, что от назойливых старушек не отделаться, покорно не выполнив все их требования, Ягуся перевернулась снова на спину и широко открыла рот.

– Воспаления легких не видно… – сообщила Болотиха Бабе Яге и велела «больной» улечься на живот. После чего прислонила ухо к спине Ягуси и весело проговорила: – Кашля тоже не слышно. Вполне здоровый больной.

– Да какой же здоровый! – всплеснула руками Баба Яга. – Здоровая нечисть по лесу шмыгает, а эта с утра до ночи в дому сидит, книги читает!

Болотиха задумалась. Потом, глядя немигающими глазами в лицо Ягуси, быстро задала несколько коротких вопросов:

– В детстве с крыши не падала? А в отрочестве? А с дерева? С помела? Из ступы не вываливалась? Нет? А если получше вспомнить? Не падала? Ну что ж, видишь, как все хорошо для тебя складывается. Может, и выздоровеешь…

И она задала на всякий случай еще один вопрос:

– А сама-то на что жалуешься?

– На судьбу, – охотно ответила Ягуся.

Болотиха вновь обернулась к опечаленной горем мамаше и без колебаний сообщила рецепт от напасти:

– Одну лягушку на голову, другую на живот: как рукой хворь снимет!

Баба Яга поблагодарила за совет, однако жаловаться не перестала:

– Делать ничего не хочет: ни гадостей, ни пакостей, ни мелких мерзостей. Уж как она этих девчонок в чулан заперла – ума не приложу… Мечтать стала, – вспомнила она вдруг и чуть не заплакала. – На луну всю ночь без передыху смотрит, вздыхает…

Болотиха нагнулась к больной:

– Ну-ка, дай-ка я тебе в глаза посмотрю…

Ловко раздвинула пальцами Ягусины веки и протянула сокрушенно:

– Да-а… Коварства ни в одном глазу нет… Бесстыжести тоже. Тут двумя лягушками не обойтись: три лягушки надо. И еще пиявочек – полдюжины с утра и десяток после ужина за тридцать минут до бессонницы.

– А если не поможет?

– Тогда погибнет твоя Ягуся.

Баба Яга ахнула и схватилась рукой за край стола, чтобы не упасть. Болотиха, насладившись эффектом от своих слов, стала успокаивать подругу:

– Да ты не пугайся, кума, баба-яга в ней погибнет, а сама Ягуся жива останется. Просто она в человека превратится, ничего тут не поделаешь.

Ягуся, услышав это, так и подпрыгнула:

– Правда?!

– Лекари больных никогда не обманывают, – обиделась Болотиха.

Ягуся привстала в постели, обняла обиженную тетку и, крепко поцеловав ее в щеку, радостно прошептала на ушко:

– Вот здорово – я человеком буду!.. Всю жизнь мечтала!

Слезы, которые так мужественно сдерживала Баба Яга, хлынули теперь градом в два потока:

– Доченька, одумайся! Тыщи лет людьми не были и еще тыщу протянем! Чего мы там не видали?!

– Чахну я, маменька, скоро совсем изведусь.

– А ты на свежем воздухе почаще бывай, – вмешалась Болотиха, – лягушки лягушками, а в ступе полетать тоже для здоровья полезно. Я тебе как лекарь велю: летать от Лысой Горы до Шабашкиной Горки утром и вечером по два… нет, по три раза! Туда и обратно, туда и обратно, туда и обратно. Всю дурь выдует, если не продует.

– С нынешнего дня и начнешь! – Баба Яга вытерла краешком передника слезы, и лицо ее вновь посуровело. – Пока я соседушку провожаю да жаркое из девчонок готовлю – полетай, милая, нагуляй аппетит.

– Нынче Ягусе лучший кусок, она девчонок в чулан заманила, – похвалила подружкину дочку Болотиха. – Так что, кума, еще не все потеряно.

Пожелав Ягусе скорейшего выздоровления и попрощавшись с ней, Болотиха засобиралась домой. Баба Яга, рассыпаясь в благодарностях, вышла ее провожать.

Торопливо соскочив с топчана, Ягуся опрометью кинулась в сени.

– Не померли еще со страха? – спросила она пленниц, отмыкая темницу. – Чего молчите?

– С обманщицами не разговариваем… – буркнула Уморушка.

Ягуся покраснела, но спасительная темнота скрыла ее смущение.

– Уж и пошутить нельзя… – Она открыла дверь на улицу и скомандовала: – А ну, кыш, бродяги! И чтоб духу тут вашего не было!

Маришка и Уморушка не заставили долго себя упрашивать и кубарем скатились по ступенькам крыльца.

– Да смотрите, маменьке моей не попадайтесь! – крикнула им вслед Ягуся. – Она-то вас точно слопает!

– Не слопает! – уже от леса откликнулись девочки. – Нас теперь в ракете не догонишь!

6
{"b":"99705","o":1}